— Похоже, я мыться в душе уже не буду, — промямлил Малыш, он был очень напуган.
— Не дрейфь, — подбодрил его Филипп. — Конечно будешь, просто зови нас, мы включим тебе воду.
И он покрутил оба крана, чтобы вода стала тёплой, но не горячей.
— Вот мыло, вот мочалка, три хорошенько, — сказал Филипп.
Малыш шагнул в душ. Очень странное дело: вода струится со всех сторон, буравчиками ввинчивается в волосы, стекает по носу и затекает в него и глаза вмиг склеила.
— Ну и видок у тебя, — заметил Щепкин. — Даже глаза закрыл. Мне кажется, я стоял гораздо спокойнее.
— Наклони голову и мойся весь, — сказал Филипп.
Он потёр Малышу спину и дал полотенце, когда тот вылез из душа.
— Теперь вытирайся, а я быстро ополоснусь, иначе папе воды не останется.
Малыш стал вытираться.
— Беги ко мне в комнату. Если к моему приходу ты уже вытрешься, я скажу, что ты молодец, — пообещал Филипп.
Малыш вытирался, не жалея себя. Самыми противными оказались волосы. Малыш их жал, жал, полотенце промокло и стало таким же влажным, как волосы. Тогда Малыш оставил полотенце и просто поддевал волосы пальцами, сжимал и выкручивал, так что к приходу Филиппа они почти просохли. Филипп сделал ему чудесный пробор, потому что чуть влажные волосы очень послушные.
— Залезай в кровать и грейся, пока я одеваюсь, — сказал Филипп. — А в ванной я открыл окно, чтобы пар выветрился.
— Хорошо придумал, — одобрил Малыш. — Тогда никто ничего не заметит.
Они услышали, как папа вошёл в ванную, а мама побежала вниз ставить чайник.
Но тут же папа строевым шагом вышел из ванной и решительно открыл дверь в комнату Филиппа.
— Всё! Что за безобразие?! Больше никакого душа по утрам! Филипп, что это такое? Ни капли горячей воды, всё залито, со стен и потолка капает. Кошмар!
Филипп ничего не ответил, он молча застёгивал рубашку. Малыш видел, что молчание брата страшно злит папу.
— Папа, — сказал Малыш, — это не Филипп. Просто Щепкин очень долго мылся сегодня, а потом ещё я. А Филипп вообще в душ не ходил.
— Что? — спросил папа.
— Я всё ему объяснил, — ответил Филипп. — Больше он один в душ ходить не будет. Понимаешь, он включил горячий кран, так что большое счастье, что мылся в это время Щепкин, а не Малыш. А то бы он… Но теперь он всё понял. Ты ведь не будешь залезать в душ без спроса и один, да, Малыш?
— Не буду. И Щепкин тоже не будет, — кивнул Малыш.
Папа перевёл взгляд с Филиппа на Малыша с аккуратным пробором на почти высохших волосах и дальше на Щепкина, всё ещё завёрнутого в полотенце.
— Вот оно что, — сказал папа. — Филипп, прости. Малыш, чтобы это было в последний раз. Боже мой, ты же мог обвариться. Щепкину полагается медаль за спасение жизни человека.
Щепкин страшно удивился, а Малыш сказал ему:
— Будешь сегодня целый день отлёживаться.
— И не подумаю! — не согласился Щепкин.
— Всё-таки на всякий случай тебе надо немного полежать, — сказал Малыш, одеваясь.