Так Блэквайтер задумался, не заметив, что продолжает стоять на месте в чужой футболке да трусах.
Это и помешало ему услышать, как входная дверь открывается.
А потом в комнату вдруг вошли родители Маши, и Блэквайтер резко обернулся к ним, испытав чувство стыда, и продолжая стоять в носках, футболке и трусах.
Додумался только промолвить:
— Здрасьти.
Мама у Маши, в общем, оказалась тоже каре-блондиночкой, только с куда более здоровыми ногами, грудью да и вроде и задницей, и взгляд у неё был какой-то… самовлюблённый?
А вот отец высокий брюнет в очках, который тут же усмехнулся, увидев Блэквайтера, и в ответ на презрительный взгляд со стороны жены, похлопал её по плечу и ушёл либо в гостиную, либо на кухню.
Куда он там пошёл, Блэквайтера сейчас интересовало в последнюю очередь.
Больше его напрягал пиливший его презрительный взгляд мамы Маши, с которой он рассчитывал познакомиться ну совсем не так, в одних трусах.
Поэтому парень поспешил как-нибудь оправдаться:
— Простите, пожалуйста, я тут просто, ну там как бы…
Но был прерван коротким вопросом:
— И давно вы с моей дочерью встречаетесь?
— Мы?
— А что, тут кто-то ещё в трусах стоит?
— Нет… только я.
Как неловко.
Блэквайтеру стало приятно от мысли, что мама Маши подумала, что он парень её дочери.
Сразу же захотелось соврать, что да, они встречаются, и вообще она его клёвым считает…
Вместо этого он нервно сглотнул, отчего, видимо, стал выглядеть не совсем клёвым.
Мама Маши, державшаяся очень даже уверенно, усмехнулась и спросила:
— Наверно, уже дня три-четыре, да? Ох Машка, ох скорострелка.
Блэквайтеру хотелось провалиться сквозь землю… пол.
Ещё он сейчас безумно хотел надеть штаны, чтобы не стоять в одних трусах, но думал, что это будет выглядеть совсем неловко, и продолжал стоять на месте, медленно опуская глаза в пол от стыда.
Мама Маши уселась на кровать и хлопком ладони по кровати приказала Блэквайтеру сесть рядом.
Он послушно повиновался, аккуратно положив руки на свои причиндалы, чтоб их не дай Бог не было видно, а то и без того ужасно стыдно.
Маму же Маши это, похоже, совсем не смущало, и она спокойно спросила:
— Ну что, было что-нибудь у вас?
— Да мы…
— Хотя чё я глупости-то спрашиваю, нас же столько не было. Уломал, значит… ха, а выглядишь вообще не таким.