Потом они закончили, и когда вышли, их начали фотографировать вместе с французскими студентами, те радостно пожимали Машке и Семёну руки, некоторые даже Машку обнимали.
Потом, не сводя улыбки с лица перед французами, Аня прошла мимо Машки и успела шепнуть ей:
— Ну ты, Машка, мозг просто.
Даже Галкин потом, икнув, сказал:
— Рогатая… жжёшь вообще.
— Э… спасибо.
Так в тот день она чувствовала себя настоящей победительницей. Чувствовала, что не облажалась.
И что очень благодарна за это Семёну.
Потом уже, через некоторый промежуток времени, когда давно всё закончилось, и все кто можно их нахвалили, они с Семёном пошли гулять, Семён даже вызвался проводить Машку до её дома, и всю дорогу оживлённо что-то рассказывал ей про разные киноэпопеи, от которых конкретно тащится.
«Я даже и не думала, что он может быть таким общительным».
Потом они подошли к её дому, и оба даже немного расстроились, что пора расходиться.
Одновременно Семён хотел протянуть руку, а Машка обняться. Оба, поняв свою оплошность, захихикали, только Семён более неловко… хотя уже и не настолько неловко, как с утра.
— Иди давай сюда, — сказала после этого Машка и всё-таки обняла парня, и он начал уходить в сторону остановки.
Машка же подошла к двери подъезда, около которой стоял вышедший покурить Блэквайтер и вовсю пялился на неё.
— О, привет, Лёш… знаешь, я тебя с утра убить была готова, что ты со мной не поехал, у меня там в универе такая жопа была… а теперь даже рада.
Широко улыбнувшись другу, Машка похлопала его по плечу и зашла в подъезд, направляясь наконец домой – СПАТЬ.
А Блэквайтер с обидой смотрел вдаль, туда, где по дороге шёл уходящий Семён, и думал: у меня что, появился ботан-конкурент?
====== Глава сорок шестая – Самый лучший поцелуй ======
Сейчас, сидя на следующий день в одиночестве в столовой и едя пирожное(потому что во время стресса всегда сладкого хочется, желательно много), Блэквайтер был уверен, что его жизнь всё больше и больше скатывается в дерьмо, и хуже уже некуда.
«Маша уже даже гуляет с каким-то ботаном с потными очками из шахматного клуба, а на тебя всё также не обращает внимания».
И как в доказательство его мыслей, ему в зубы упёрлось что-то твёрдое.
Поморщившись, парень вытащил изо рта пуговицу, с которой так и завис, держа её в руке перед собой.
НЕ, НУ ЭТО УЖЕ НИ В КАКИЕ ВОРОТА.
Ему как будто специально в пирожное пуговицу подложили – типа, кажется, он ещё не до конца неудачник.
Тут к нему подсела Лара, непонятно откуда возникшая, он бы не удивился, если бы из воздуха, и заговорила:
— Привет. Чего кислая мина такая?
— А чему радоваться… ах да, наверное тому, что Машка теперь стала тусить с каким-то ботаником из компьютерного клуба, которого, наверное, по законам природы даже 2Д-тян из хентая должна была зафрендзонить… но зафрендзонили вместо этого почему-то меня.
Он даже не знал, зачем это сказал, вырвалось.
Лара усмехнулась:
— Ну это уже какой-то вечный круговорот в природе.