ШМАЛКИН, тут же отозвался мозг, пытаясь всячески его задеть.
Почти у самой столовой вышедшая из другого коридора Аня догнала подругу, положила руку ей на плечо с видом мудреца, учащего чему-то маленького ребёнка, и спросила:
— Ну что, Мария, готова ли ты выполнить самое ответственное задание в своей жизни, выполнение которого – вопрос жизни и смерти?
— Ну… наверное, — ответила Машка, остановившись и посмотрев на подругу, — а что делать нужно?
— Короче, там на кухне шоколадный торт, скажи, что ты из ДК, повара тебе его дадут, отнеси его в Дворец Культуры, там мы через полчаса будем его декану вручать, у него день рождения. Хорошо?
— Ну да, конечно, без проблем.
Маша хотела уже было двинуться вперёд, но Аня остановила её и предупредила:
— Только Маш, я тебя ради Бога прошу: не облажайся, этот торт жутко дорогущий, давай без твоих этих…
И Аня указала рукой на всю Машу.
— Но ты на всю меня указала.
— Короче, ты меня поняла. Всё, пошла.
И похлопав Рогову по плечу, Аня подтолкнула её вперёд, в сторону столовки.
Маша считала претензию несправедливой, ведь проблемы у неё возникало по вине других, «вредителей всяких», как любила она отзываться об этих придурках вроде Морозова.
Девушка спокойно взяла большущий шоколадный торт, предварительно дотронувшись до шоколада пальцем и облизнув пальчик, и потащила его в руках из столовой по коридорам в сторону ДК.
«Тяжеловатый ваще-то».
Зато она кричала всем:
— Расступитесь! Разойдитесь! Не мешайте важному заданию!
Неприятности ждали девушку, когда она выходила из вестибюля в длиннющий коридор, по которому надо было пронести торт(как в компьютерной игре, блин), ведь там у угла стоял непонятно чё делавший здесь Галкин, и вообще непонятно как прошедший через турникет.
«Хотя, ты-то сама как проходишь».
— О, выебонистая, — усмехнулся он, заметив Машу с тортом, — ну как жопа? Не тянет больше выёбываться?
Маша проигнорила его – решила, что потом этим гадом займётся, а сейчас нужно торт отнести.
Галкин ткнул пальцем в проносящийся мимо него шоколадный торт, и облизнул палец, после крикнул вслед уходящей Машке:
— Ну ты смотри, а то, если надо будет задницу-то как следует надрать, я всегда тут, неподалёку, как Человек-Паук.
Тут гордость Маши Роговой снова не выдержала, и поэтому девушка остановилась, невзирая на тяжесть торта, повернулась всем телом к Галкину и крикнула:
— Силёнок-то не хватит надрать.
— Да ну? – Спросил тот и подошёл к Маше, и теперь их разделял только шоколадный торт.
Храбрость начала подутихать, но девушка всё равно кивнула, стараясь не показывать страх, и сказала:
— Слушай, иди куда шёл, а, пока не заявила, что в универе посторонние.
— А извиниться не хочешь?
— Ещё чего.