Рука, что затянет петлю.
Ты моё наносное,
Что прорастает вглубь.
Я не совру, не скрою,
Ты – жизнь, что длиною в путь.
Путь, стёртый под каблуками
Изношенных башмаков.
Ты мой сизифов камень,
Чёртов гнилой остов.
Память больного сердца
Звуком со слога «лю».
Мной не сумев согреться,
Затягиваешь петлю.
И я в сотый раз сгораю,
Теряю рассудок, речь.
Я памятью отпускаю,
А сердцем – хочу сберечь.
Мне продолжает тоска скручивать в рог бараний
Внутренности мои; теребить за волосы.
Бог с высоты небес плюёт на мои старания
И вновь в тишине ставит на play твой голос.
Люди марионетками вновь заполняют улицы,
Черти весело пляшут в моей душе.
Я продолжаю выть, стены бить и сутулиться,
Стоять на карнизе дома в пять этажей.
Ты весь такой уверенный, улыбчивый, настоящий,
Даришь букеты ей и целуешь медленно.
Бог за тебя горой. Что будет со мной, пропащей,