— Ты мне нужна, жена, очень и очень, я увезу вас прочь из этого города, нам нужна передышка. Уедем туда, где ничто не будет нам напоминать о том, что случилось, чтобы наши раны затянулись. Легко не будет, но мы вместе, принцесса. Готова с мужем на край света? — вымученно улыбается, и тут же губами присасывается к шее, горячий, жадный.
— Куда угодно, — соглашаюсь, обнимая его.
Не разделяю его оптимизма. Куда бы я не уехала, моя рана будет напоминать мне о себе изнутри. И я не знаю какие ресурсы нужны, чтоб она затянулась. Хотя…
— Поехали домой к сыну.
— Они нас ждут, Тамара Петровна приготовила твои любимые блинчики с творогом, а Любовь разучила с Ильей несколько новых слов, все дома услышишь.
Мы собираемся так быстро, насколько позволяет наше состояние. Когда на кровать полетела ночнушка, Вартан застыл, опалив мое тело голодным взглядом. Живой, желание никуда не делось, значит, будем жить. Вопрос только как?
Помогает надеть платье, обнимает и вновь целует.
— Без тебя холодно и страшно, принцесса, согреешь своим теплом этой ночью?
— Ничего не могу обещать, — грустно усмехаюсь, — зависит от того, насколько сильные колёса даст с собой доктор.
По дороге я расспрашиваю про няню, я заранее благодарна этой девочке, что она эти недели почти так хорошо заботилась о чужом ребёнке, как его мама. Судя из рассказов Вартана и Гурама, который тоже заезжал, он там совсем не страдает без меня.
Как только сын меня видит, он тут же несется ко мне. Сносит с ног, и мы падаем на влажную от дождя дорожку.
— Мамамамамамамама, — довольно бормочет, не замолкая.
— Любовь моя, — прижимаю к себе пирожочка, и меня разрывает от чувств. Вот он, мой антидепрессант. Самый главный. — Мамочка соскучилась, мой славный.
Вартан тут же заставляет нас подняться с земли, ругается, а мне все равно. Я готова лежать так, обнимая свое сокровище, вечно.
Знакомлюсь с няней. Славная девушка, нужно напомнить Вартану дать ей и Тамаре Петровне премию.
Тамара Петровна выбежала, обняла меня как дочь и разревелась, я, кажется, всплакнула вместе с ней. Накормила меня как на убой, потом мужчин позвала.
Мы всё ещё были на кухне, когда мой парень, торжественно пукнув, начал попахивать. Няню уже отпустили, пришлось Вартану заняться делом. Он забрал мелкого и пошел в ванную, а мы с Гурой остались.
— Я рад, что ты выбралась, жена друга, — улыбается дамский угодник и целует мою ладошку, — Вартану только не говори, что твою руку лобызал, а то голову откусит и не подавится.
— Он же не Илья, — улыбаюсь и даже решаю неуместно пошутить. — Но будь осторожен, мужчины, которые испытывают ко мне симпатию, долго не живут.
— Ты плохо знаешь своего мужа, он не меньший ревнивец, чем был Илья. Просто ты хорошая жена и не даешь поводов, — подмигивает Гурам и делает глоток кофе.
Сдвигаю брови. Неужели?
А потом снова хмыкаю:
— Я и Илье вроде не давала.
Гурам поднимает голову ко мне и из-за майки выглядывает знакомый кожаный шнурок. Такой же висит на шее Вартана и висел на шее Ильи.
— Можно неуместный вопрос? Про ваш амулет?
— Ну, мы же говорим о ревности, а особенности характера у каждого разные. Вартан самый толковый из нас и хитрый, — он становится серьезным, — три полюса притяжения, как два, только нас было три.
Его голос внезапно сбивается, он тянется рукой к кожаному шнурку и вытаскивает его наружу. Перед глазами ручной работы оберег, у всех троих такой же формы, только несколько отличий с обратной стороны. По крайней мере, у Ильи и Вартана так. На неизвестном мне языке написана какая-то фраза.
— Он сработал со мной пять лет назад, с Вартой недавно, с Илюхой не сработал, понимаешь?! Это мощнейшая защита, которую нам сделала цыганка, когда мы спасли ее сына. Сказала, что мы не должны разлучаться, только так работает этот оберег. Я ни черта не пойму. Понимаешь. Я думал, что Вартану кранты. Совпадение, возможно, сам по жизни в рубашке родился. Но вспомни тот случай на стройке. Он упал со ступеней, не высоко, но мог напороться на штырь, в итоге все пошло по касательной. После крушения вертолета… Я тогда весь дом Саги перерыл и не нашел амулет. Он тебе его не отдавал?
— Нет, он никогда его не снимал. Я как-то хотела снять его с него в душе, он мне чуть запястье не сломал. Больше я его не трогала и не спрашивала. И Вартана не спрашивала никогда. Просто привыкла, что они у вас есть и всё.
Мимо нас с Гурамом почти пулей пролетает Федор.