Пергамский музей Берлин: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Урук — город, который просуществовал так долго, что ни Рим, ни Вавилон не могут с ним состязаться. Историки выяснили, что он был построен в III тысячелетии до н. э. и лишь в III веке н. э. был разрушен и навсегда покинут жителями. Ученые добрались до этих пустынных холмистых мест, где кишели только комары, лишь в XIX столетии, после бурного развития науки археологии, сейчас это юг Ирака. Урук — одно из самых значительных и волнующих воображение мест на планете, ведь именно здесь были найдены древнейшие следы письменности: первые таблички датируются IV тысячелетием до н. э.! В конце 1920-х ученые из Германии начали раскопки древнего храма — святилища Инанны. Она — предшественница Иштар, главная богиня в пантеоне шумерской религии.

Ученые реконструировали часть стены, воспроизведя оригинальную кладку из кирпича. В ней были изображены чередующиеся мужские и женские фигуры, держащие сосуды, из которых струится вода. Бородатые мужчины в чешуйчатых юбках олицетворяют горы, женщины в украшенных волнистыми линиями юбках — воду. Такие символы были чрезвычайно важны для территорий Южной Месопотамии. Вода являлась источником жизни, плодородия, надежного положения человека, зависящего от грозных сил природы. Декоративный прием, который использован на фасаде, очень интересен и оригинален. Он называется «метод прямого высекания»: скульпторы рубили изображения непосредственно по кирпичу. Интересно, что в XX веке, на волне интереса к неклассическому искусству, ваятели возродили приемы древних шумеров. Примером является дом актеров МХАТ, построенный в 1930-х, арка в котором оформлена названным способом.

Народы Месопотамии отличались любовью к знаниям и науке. Недаром найдено большое количество изображений молитв богу письменности. Именно в Вавилонии и Ассирии появились первые систематизированные библиотеки и архивы. Однако самую важную роль в жизни общества играла, безусловно, религия, она направляла всю остальную деятельность древних. У каждого города, каждой династии имелся свой бог-покровитель. В 1910-е немецкие археологи во время работ на территории Древнего Вавилона обнаружили в одном раскопе парфянского дома две корзины, наполненные жемчугом, а также разными предметами культового и бытового назначения. Некоторые из находок относились, по-видимому, к святилищу бога Мардука в Эсагиле. Это был один из крупных культурных центров всей Вавилонии. Во времена Парфянского царства (I век до н. э.) святилище оказалось заброшено и пришло в упадок. Скорее всего, владельцы дома вынесли и спрятали у себя некоторые ритуальные предметы из Эсагила.

Данный примечательный оттиск из лазурита является ритуальной печатью бога грома и дождя Адада. В одной руке у героя — молнии, другой он держит двухголовое мифическое существо. Одежда бога и пространство вокруг щедро оформлено астрологическими символами. Вавилоняне были превосходными астрономами, именно они разработали календарь, который переняли греки, а позже и вся Европа. Дело, однако, в том, что точные научные расчеты стали бы невозможны для них без религиозных и мистических верований, даже суеверий, позволивших сделать верные наблюдения. Спустя двести лет после изготовления на ритуальной печати по специальному распоряжению царя Асархадона было написано имя Мардука, о чем свидетельствует текст.

Ортостат — это название плиты с рельефом в ассирийском искусстве, которое к IX–VIII векам до н. э. достигло расцвета. Памятник доставлен в Берлин вместе с другими похожими плитами в 1855. Ученые считают, что ортостат являлся частью оформления интерьера так называемого Северо-Западного дворца Кальху (современный Нимруд в Ираке). Этот город стал новой, после Ашшура, столицей Ассирии. Дворец построил знаменитый царь Ашурнацирапал II. Стены были украшены более чем 310 плитами с рельефами на разные темы из придворной и религиозной жизни государства. Здесь правитель представлен в компании двух демонов-духов (один срезан справа), которые благословляют его. Качество изображения непревзойденно: тончайшая проработка деталей одежды, строгая симметрия и особая гармоничность пропорций, но главное — это, конечно, рисунок мышц рук и ног, их пульсация под кожей. От рельефа исходит ощущение древней мощи: простые монументальные силуэты излучают силу и жесткость эпохи, которая породила подобные произведения искусства. Узнаваемые черты ассирийской культуры относятся именно к периоду царствования безжалостного и воинственного Ашурнацирапала.

Это исключительный по качеству, образности и динамике рельеф из Северо-Западного дворца в Кальху, изображающий царскую охоту. Первоначально он был раскрашен. Ашурнацирапал стоит на колеснице и целится в льва. Сцена демонстрирует все признаки расцвета ассирийского стиля в искусстве: во-первых, низкий рельеф с виртуозной полировкой поверхности, алебастр словно дышит и вибрирует, кажется, что изображение легко и быстро процарапано. Во-вторых, впечатляет строгость стиля, аскетичность и суровость манеры. Древнего безымянного мастера не интересует ничего, кроме самого основного: победоносной охоты царя, погони и ранения добычи. Сцена производит целостное и лаконичное впечатление, однако она на самом деле полна деталей, не упущено ни одной подробности в экипировке и действиях. Так, несмотря на общую условность, рельеф является тщательным, педантичным пересказом процесса охоты. С особым пристрастием прорезаны волосы, мускулатура и элементы одежды. Звери, как и свойственно для искусства древних цивилизаций, запечатлены очень точно, с верно подмеченной пластикой движений. В фигуре раненого льва нет скованности, наоборот, он настолько пластично извивается от боли, что поза приобретает особую многомерность, при этом лапы сделаны вызывающе условно. Это удивительная «вольность» с точки зрения европейского искусства — совмещать орнаментальные приемы с реалистическими, даже натуралистическими, в пределах изображения одной фигуры. Рык хищника, его оскал, достоверен и убедителен. Данный рельеф мог трактоваться и символически: царь — защитник страны от опасности (лев).

На этом рельефе, представляющем искусство древних хеттов, показан бог неба и грозы. Отличительная черта хеттской манеры изображения — характерные миндалевидные глаза очень большого размера. Ортостат являлся частью скульптурного оформления наружных ворот замка в Самале (сейчас это город Зинджирли на турецко-сирийской границе). Ворота обнаружили в 1882, больше половины найденных плит были украшены рельефными изображениями. Очевидна разница ассирийского и хеттского искусства. Данный рельеф выше, линии не столь изящны, количество деталей меньше, общая обработка поверхности более простая, а в портрете другой этнический тип. На гладком фоне отчетливо выделяются символы божества: молнии, кинжал и ритуальный топорик. Обращает на себя внимание традиционная для хеттов декоративная обработка кромки уха.

Грифон — мифологическое существо, наполовину животное, наполовину птица, часто встречающееся в арсенале искусства Древнего Урарту. Эта страна располагалась в горах Турции и Армении с IX по VI век до н. э. Представленный артефакт относится к периоду наибольшего расцвета и могущества государства. Неизвестно, какую именно функцию выполнял грифон в местном пантеоне, но она явно имела религиозное значение. Статуэтка, скорее всего, являлась частью великолепного ритуального трона из святилища верховного бога Халди. Первоначально грифон был покрыт золотом, а глазницы, брови и головной убор раскрашены краской. Также у статуэтки имелся хвост.

В этом классическом рельефе со сценой охоты проявлены основные черты и идеалы ассирийского искусства. Мастера достигли ошеломляющих успехов в почти ювелирной обработке камня. Притягательность древневосточного рельефа зиждется на четких силуэтах, особой монументальной основательности человеческих типов, лаконичности общей композиции и одновременно реалистической достоверности мелких деталей. При этом неизвестные мастера по-восточному педантичны в вырезании разнообразных изощренных орнаментальных элементов. Натуралистичность движений животных сочетается с затейливостью узоров основных мышц и сухожилий.

Сцены охоты — традиционный мотив из жизни царя, его привилегия, отдых и развлечение. Данное пристрастие было призвано свидетельствовать о физической силе и отваге повелителя. Ловкость, хитрость и жестокость — вот качества, которые прославляли такие рельефы. Ашшурбанипал был очень воинственным, всеми силами стремился укрепить ассирийскую державу, однако крайне слабым физически, мнительным и агрессивным по отношению к людям. Поэтому все искусство того времени направлено на прославление его мощи и несокрушимости. Неизвестно, действительно ли правитель любил охотиться или придворные мастера просто использовали традиционные аллегории царской власти. Существует, например, большое количество письменных свидетельств того, как Ашшурбанипал возглавлял воинские походы, но тщательные исторические изыскания и древние источники из соседних стран говорят, что этими сражениями он руководил из дворца.

Данное надгробие является образцом искусства хеттов. Отличие масштабов героев показывает разницу социального положения: изображены слуга и его госпожа. Данный рельеф найден в разграбленном захоронении недалеко от дворца и замка в Самале. Расхищение богатых могил могло произойти через несколько десятков лет после захоронения или в Средние века. Этот факт сам по себе указывает на то, что здесь был погребен знатный человек. Стиль рельефа стелы традиционен для искусства хеттов, представлена сцена трапезы: женщине, наслаждающейся вином, прислуживает ее раб. Одежда и драгоценности свидетельствуют о том, что умершая происходила из царской семьи. Некоторая скованность видна в позе героини, а также в приземистых пропорциях тел (голова существенно крупнее нормы) и условных ракурсах. Однако необходимо отметить, что такой твердый камень, как базальт, чрезвычайно труден в художественной обработке.

Царствование Навуходоносора являлось временем экономического и культурного расцвета Вавилонии, а сам город с населением около 200 тысяч человек стал крупнейшим на Древнем Востоке. Могущество страны, ее правителей ощущается в оформлении дворца. Фасад тронного зала протяженностью 56 м был украшен композициями, изображающими стилизованные пальмы. Фриз сделан симметрично, процессии животных движутся в направлении пышного зала для приемов. Здесь отчетливо виден орнаментальный характер рисунка, который, однако, выполнен как картины. Это интересное свойство вавилонского искусства: натуралистические изображения декоративны, геометрические абстракции изобразительны. Образы подкупают своей почти наивной нарядностью.

Когда работы по строительству ворот завершились, Навуходоносор повелел написать: «Я — Навуходоносор, царь вавилонский, благочестивый государь, правящий по воле и благоволению Мардука, высший правитель Города, любимец Неба, хитроумный и неутомимый… всегда пекущийся о благополучии Вавилона, мудрый первородный сын Набополассара, царя вавилонского…» Так как Древний Вавилон был деспотией, эпитеты, сопровождающие имя царя, очень пышные, с каждым годом правления они становились все торжественней и многословней.

История данного экспоната чрезвычайно интересна. Археолог Роберт Колдевей жил мечтой подтвердить существование легендарного Вавилона, о котором было известно из древних текстов. Поиски остатков города — дело жизни археолога, предмет его страстной веры в правильность догадок и расчетов, интуиции. Нельзя забывать, что раскопки — очень дорогостоящее мероприятие, к тому же они производятся в труднодоступных местах на территориях не всегда дружественных иностранных государств. Такие путешествия требовали не только вливания денег, но и политико-дипломатических ходов. Ворота стали первым и самым главным экспонатом коллекции древнего переднеазиатского искусства. Они были реконструированы в зале музея в 1930 самим Колдевеем. Наряду с архитектурными экспонатами были выставлены сокровища древних городов, таких как Вавилон, Ашшур и Урук, найденные археологами с середины XIX столетия. Благодаря воссозданию жизни и быта грозной цивилизации, экспозиция произвела настоящую сенсацию. Как уже известно из истории с Пергамским алтарем, монументальные формы древних храмов, алтарей и зданий волновали воображение многих политических деятелей, величие находок побуждало современных властителей и диктаторов копировать их формы. Так, Саддам Хусейн, будучи руководителем Ирака, распорядился построить копию ворот Иштар для столичного музея. Однако из-за войны это начинание так и осталось незавершенным.

Вид на знаменитые ворота Иштар открывает зрителю ошеломляющую коллекцию искусства Передней Азии в Пергамском музее. В ней представлены богатейшие археологические находки и реконструкции архитектуры могущественных деспотических государств Ассирии и Вавилона.

Ворота были построены по приказу царя Навуходоносора II. При этом легендарном правителе Вавилон превратился в неприступную военную крепость. Эти ворота — восьмые по счету от мощных, восьмиметровых внутренних стен города. Они, как и все остальные ворота и посты, постоянно охранялись солдатами. Эта монументальная арка выводила на Дорогу процессий. Сооружение по традиции набожных вавилонян было посвящено поистине универсальной богине Иштар — покровительнице плодородия, плотской любви, войны и распрей. Священным животным богини являлся лев, изображение которого 120 раз повторено на стенах Дороги процессий у ворот. Эффектный ультрамарин глазури в сочетании с выкрашенными в золотисто-охристый цвет деталями запоминается мгновенно.

Кирпичные стены ворот были покрыты белой, черной, голубой и желтой глазурью. Простота и монументальность декорации сооружения впечатляют до сих пор. Здесь изображены значимые для вавилонян животные (всего около 575 рисунков): быки, огненные драконы (мушхуш), львы. Бык традиционно, как и у многих древних народов, олицетворял плодородие и силу, также он являлся животным бога бури, грома и ветра Адада и имел охранительное значение. Огненно-красный дракон считался символом верховного божества, покровителя Вавилона — Мардука. Он имел голову змеи с раздвоенным языком на тонкой изогнутой шее, чешуйчатое тело с лапами льва и хищной птицы и хвост с ядовитым жалом скорпиона. Лев, как уже говорилось, был животным богини Иштар, которой посвящены ворота.