– Кто они? – тревожась, спросил я.
– Ты сам знаешь. Хочешь что-нибудь спросить?
– Ты знаешь моё будущее, – спросил я.
– Будущего не существует, – твёрдым тоном ответил он.
– А варианты хоть существуют? – с надеждой спросил я.
– Существует час рождения и мгновение смерти, промежуток в твоём распоряжении.
– Совет для меня найдётся? – грустно усмехнувшись, спросил я.
– «Будь прост с другими, но отнюдь не пошл». Пойдёт?
– Пойдёт, – весело сказал я.
– Они поднимаются, – дребезжащим металлическим голосом сказал отец, и на его лице отразилась боль.
– Я люблю Марту Стальскую, – скороговоркой произнёс я, чувствуя на лице новые потоки затхлого воздуха. – Она и образованная и умная, что вообще-то редкое сочетание. Что мне делать?
– Да, она хорошая девочка. Одобряю. Мне пора.
– Пора?
– Они зде-е-е-есь!.. – воскликнула тень отца.
Моё тело задрожало крупной дрожью.
– Стой! – я дёрнулся в его сторону, и томатный сок выплеснулся на белую рубашку отца.
Он схватился за живот, а когда убрал руку, вся ладонь и рубашка были в… крови.
– Я ей говорил: «Забирай детей и уматывай отсюда, а я их отвлеку», – иступлёно зашептала тень. – Но она же упёртая…
– Да-да, – трясясь крупной дрожью, кивал я.
– Мне пора, сынок, – прошептал он и метнулся в окно.
– Папа! – со слезами на глазах прокричал я и наполовину высунулся из окна.
Но внизу была только ночь.
Не хотеть и получить – гораздо проще,
чем хотеть и получить
Г. Стальский
(«Диван» от четырнадцатого ноль седьмого)
Стоит ли говорить, что все вышедшие выпуски передачи можно посмотреть в Интернете?
*****
Меж тем кризис идей для нового номера La Critic’и не заставил себя ждать. Пятнадцатое число каждого месяца – тот переходный момент, когда лёгкая печаль от отсутствия материала превращается в панику. Более половины свободного места, если не считать последней страницы, было занято рекламой в том или ином виде. La Critica – как информационно-аналитическое издание – имела право на не более двадцати пяти процентное заполнение рекламными материалами. По закону, Роспотребнадзор уже мог оштрафовать нас за то, что количество рекламы превышено. Глеб решил, что пришла пора пустить в ход козырь: объявить конкурс для начинающих журналистов; чтобы кто-то за вознаграждение и кусочек популярности прислал нам свой интересный труд. «Погоди-погоди», – помню сказал я Глебу шестнадцатого числа. «Ну, что? Ты уже написал в своём Твиттере о конкурсе?» – спросил я у Стальского семнадцатого числа.
Мы всерьёз опасались, что нам предстоит перечитать кучу мусора, прежде чем отыщется что-нибудь стоящее. Но реальность оказалась куда суровее: за первые три дня на почту редакции (la-critica@ya.ru) не пришло ни одной работы. В отчаянии, в один из вечеров мы попёрлись на представление молодёжного театра.