La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

*****

Хрюшки бегали по огороженной площадке перед новым ЗАГСом и весело визжали. Две телекомпании и множество фрилансеров снимали вступление и ждали начала игры.

– Семь часов вечера – хорошее время для представления, – похвалил я инициативу Стальского, который сидел рядом на лавке и курил папиросу.

– Конечно, – лениво ответил Глеб. – Ведь сегодня не выходной, чтобы начинать утром.

Итак, хрюшки бегали по загону, резвились и веселились, прятались и снова появлялись из-за снопов сена. На спине у каждого из трёх поросят был рюкзак с некоторым количеством La Critic’и, примерно по тридцать три экземпляра. Это была октябрьская «Золотая Сотня» La Critic’и. Желающий получить пронумерованный и подписанный нами троими экземплярчик, платил сто рублей, надевал сомбреро, распорядитель запускал его в вольер, где «читатель» ловил одну из хрюшек и брал из её рюкзака один экземпляр «Золотой» La Critic’и. Проще не придумаешь.

– А зачем всё-таки сомбреро, – усмехаясь, спросил я.

– Чтобы с-с-с-мешнее было, с-с-с-с!.. – изображая сиплый голос своей сестры и её манеру смеяться, ответил Глеб.

Я заметил, как по дамбе пронеслась бордовая Bentley нашего приятеля Шубы. Через три минуты Егор подошёл к нам.

– Так и знал, что вы здесь сидите, – толкая меня в плечо, чтобы я подвинулся, сказал Шуба. – Давай.

– Что давать? Иди – лови свинью, – сказал я, чем вызвал на лице Егорки скептическое выражение.

Не в силах больше шутить шутки, я достал из-за пазухи мятый экземпляр золотой La Critic’и и отдал его Шубе.

– Так-то лучше, – с любовным трепетом промолвил Егор, разглаживая газету. – Помялась, моя хорошая.

– Зацени: я нарисованному тебе письку пририсовал, – сказал Глеб.

Шуба открыл предпоследнюю страницу и убедился, что в комиксе про него, у его персонажа синей шариковой ручкой пририсована писька.

– Дебил, – резюмировал Егор.

– Масштаб – один к одному, – заметил я.

– Fuck you, – парировал Егор. – Размер моей письки – рост Аронова, и это в расслабленном состоянии.

Мы лениво посмеялись. Нас порядком разморило клонящееся к закату солнце. Сегодня к счастью был прекрасный день «бабьего лета».

«И-и-и!.. Первый пошёл!» – в громкоговоритель объявил распорядитель.

Кстати сказать, нам этот перформанс ничего не стоил. А почему? А потому что на одном боке каждого поросёнка было написано «La Critica», а на другом боку – «Стейк-Хаус “Торнадо”» и адрес. Распорядитель между делом раздавал флаеры на скидку в это заведение общепита.

– Ты что? – спросил я у Глеба. – Будешь фоткаться с девчулями?

– Неа. Сил нет. Ещё к Богомерзкому вечером надо ехать. А-а-а!.. – зевнул Стальский.

В прошедшее воскресенье я был в оазисе Окуня последний раз. На второй день отказа я вдруг почувствовал, что с меня содрали кожу. В метафоричном смысле этого выражения, конечно. Сейчас я был пьян, но облегчения от этого не чувствовал.

Но всё равно, лучше уж так сдохнуть,

чем никогда никого не любя

D-n

Глава о силе без воли

– Сегодня праздник. Мусульмане колют баранов и красят яйца, – сообщил я Стальскому первым делом, когда он появился в гостиной.

– Красят яйца?! – переспросил Глеб.

– Да, представь. Я только утром об этом узнал; из новостей.