La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Да, один раз, – подтвердил я. – Просто флешку с музыкой забыли дома.

– Ага, – поддакнул Глеб. – Перезаписывали флешку и на столе забыли.

– Точнее не скажешь, – подтвердил я.

Даша с кислой миной следила за нашим мини-спектаклем.

– Вы ведь не под кайфом? – спросила она как бы между прочим.

Мы отрицательно помотали головами.

*****

Что рассказать о радиопередаче? Хронологию вспомнить труднее всего. Я мало участвовал в разговоре, ввиду полного отупения из-за недосыпа. Марта также не слишком много разговаривала; рассказала о том, что она юрист и планирует стать адвокатом (так сказать ей посоветовала Владимировна). Точно помню момент, когда один из ведущих сказал что-то вроде: «Вы, должно быть рады, что ваши разносторонние таланты нашли себе такое огромное количество почитателей? Особенно ты, Глеб. Наш студийный телефон раскалился от звонков слушательниц, а страничка в Инете завалена комментами. Что скажешь?» По дьявольской улыбке Стальского я понял, что у него есть что сказать. Глеб копнул глубоко: «Не так уж много людей хотят, чтобы их оценили по достоинству; большинство мечтает быть оценёнными гораздо выше».

Лично мне было интересно послушать статистические данные, которые время от времени зачитывал кто-то из ведущих. Эти данные касались всё возрастающих рейтингов ПД-шки. Разговор таки коснулся газеты. «Не секрет, что, появившаяся несколько месяцев назад, газета La Critica – плод вашего труда. Как возникла идея создания La Critic’и?»

Стальский не подкачал, – остроумно и задорно ответил на все интересующие вопросы, как ведущих, так и слушательниц. Тенденция покорения Стальским девчачьей половины человечества вырисовывалась всё отчётливее. Что показалось странным: про материал на последней странице никто не спросил. Никому как будто не было интересно: где мы его берём, гарантируем ли достоверность информации, какие цели преследуем. Волей-неволей задумаешься над тем, что все окружающие – звенья одной цепи. Но, все эти вспышки фантазии насчёт теории заговора беспокоят меня только лишь тогда, когда я не выспался, а когда голова свежа, всё встаёт на свои места.

*****

По дороге на «Кефир» я что-то уж совсем разошёлся в своём критиканстве в адрес радио-диджеев, и наш продюсер, не выдержав моего гундения, разразилась гневной тирадой:

– А вы что? Вы-вы?!.. Несёте что-то доброе и вечное что-ли?

Марта якобы что-то высматривала в окне и не собиралась принимать участие в этом разговоре.

– Такие же пошляки и любители, – негодовала Даша, выплёскивая накопившуюся боль от низкого качества контента телевидения и обиду за погубленные души зрителей.

Я решил умалить сердечные терзания нашего продюсера и сказал:

– Нам не нужно быть хорошими, достаточно быть лучше остальных.

– Ага, – вступил Глеб. – А чтобы победить врага – не нужно быть сильнее его, можно просто оказаться сильнее, чем он думает.

– Да?! – удивлённо спросила Даша.

– Не знаю, – ответил Стальский. – Я только что это придумал. А может даже не я.

Стальская, всё так же глядя сквозь стекло, беззвучно усмехнулась.

– Ты так стремишься к успеху?!

– А к чему мне стремиться? К болезни?!

К/ф «Подставное лицо» 1976

Глава о событиях, которые произошли после записи одиннадцатого выпуска «Пьяного Дивана»

В шесть часов вечера мы ВТ (все трое) прогуливались по фойе кинотеатра «Peace» в компании директора этого кинотеатра. Это было отдельностоящее (от всяких бутиков, фастфудов и гипермаркетов) старое здание почти что в историческом центре города. Кинотеатр «Peace» в советские времена был культурным и досуговым эпицентром Центрального района, а теперь о нём никто не знал, и он загибался. Обшарпанный фасад с нарисованными от руки афишами, – провинциальный колорит.

– После реконструкции мы вновь открылись в апреле две тысячи второго, – рассказывал директор. – С тех пор прошло много лет. Мда… Зал на двести мест, кстати. Вот прямо сейчас идёт марафон фильмов Альмадовара. Вы знакомы с его творчеством?

Мы с Глебом утвердительно кивнули. Марта внимательно изучала старинные постеры на стенах. «Аталанта», – было написано на одном из них. «A Streetcar Named Desire», – было написано на соседнем.

– Вы нам выдадите какую-то карточку, чтобы мы по ней проходили? – спросил Глеб.

– Карточку? – переспросил директор.