– Вкусно? – впервые поднимаю взгляд на девушку и киваю в ответ. – Это кофе со сливками. Попробуй круассан, он с шоколадом внутри.
Беру «круассан» и пробую.
«М-м-м-м, как вкусно… – смотрю на содержимое внутри, – а она не обманула – там действительно шоколад».
– Я привезла его из Франции, там пьют кофе и едят круассаны сидя за белоснежными столиками на таких же белых стульях.
– Ты была в Париже? – удивлённо спросила я.
Мне были известны названия столиц всех стран и самых красивых городов мира, я знала их историю, экономику и мечтала побывать в Париже – городе любви.
– Да, – кратко, улыбаясь, ответила Айлин.
Её лицо заблестело от радости того, что ей удалось впечатлить меня.
– Она каждую неделю бывает в разных странах, – сказала Карина.
– Не каждую неделю, а месяц, – поправила Карину Айлин. – Я побывала уже в сорока странах, – обратилась она ко мне. – Я путешествую с девятнадцати лет, но лишь с двадцати двух начала ездить по разным странам.
– Просто она с девятнадцати до двадцати одного бывала лишь во Франции – ей нравилось там больше всего – и в Италии.
– Как здорово, – я не смогла скрыть своего восхищения.
После этого случая Карина пыталась всячески привести меня к Айлин, но я придумывала отмазки и отговорки.
– Карин, почему ты дружишь с Айлин? – спросила я напрямую, когда мы были одни.
– Почему ты спрашиваешь? Ты же тоже подружилась с ней, – не обращая внимания на мой вопрос, Карина спокойно ответила мне.
– Я не считаю Айлин своей подругой, знакомой, лучшей подругой, хорошей знакомой или ещё кем-то.
– Тогда почему ты приходила к ней в гости вместе со мной?
– Я была у неё один раз и то уже жалею об этом.
– Скажи, – Карина взглянула мне в глаза, – тебе не нравится общаться с ней? По—моему, она очень сладкая.
– Ты о чём?! – Я взглянула на двоюродную сестру с удивлением, совершенно не понимая, что она хочет этим сказать. В глазах Карины блеснул блеклый огонёк, полуулыбка или ухмылка появилась на её лице.
– У неё такая фигурка, а волосы… – Карина мечтательно закатила глаза вверх. – С ней так интересно, она такая умная, красивая, очаровательная, оптимистичная и абсолютно всезнающая о мужчинах.
Сглотнув именно во время последних слов Карины, я подавилась слюной. Мои отношения с Кариной улучшились, как мне казалось, поэтому я пропустила мимо ушей её последние слова. И, встав, направилась на кухню за чаем и сладостями, но в голове крутилось лишь сказанное ею.
«У неё такая фигурка, а волосы… С ней так интересно, она такая умная, красивая, очаровательная, оптимистичная и абсолютно всезнающая о мужчинах».
– Я не вижу ничего плохого, чтобы посещать её, – продолжила брюнетка, когда увидела меня, вошедшую с подносом. – Мы не занимаемся ничем плохим. Лишь идём в гости, а она угощает нас кофе и круассанами и прочими вкусностями, которые привезла из разных стран, и беседуем.
– Карин, я не пойду никогда к ней и тебе не советую, – положила на стол чашки с чаем и сладостями.
– Спасибо, – поблагодарив, она взяла стакан. – Но ты сходи, в этом нет ничего такого!
– Не ты ли пару дней назад с издёвкой говорила, что мы с Айлин родственные души? С чего вдруг такой интерес у неё к моей персоне и у тебя к тому, чтобы мы с ней дружили? – я немного прищурила глаза. После моих слов Карина почему-то поперхнулась чаем и начала кашлять. Тогда ещё я не придала этому никакого значения, ведь я не знала, что меня ждало после.
– Ну, как знаешь, – она положила чашку на стол и молча ушла. Прошло два дня после нашего разговора. Когда я возвращалась домой, думая о предстоящей поездке в горы с классом, кто-то во всём чёрном, в очках и закрытым лицом, что-то прыснул на меня. Я не успела среагировать и понять, в чём дело: всё происходило, словно в замедленной съёмке. Миг, и я была на земле, а какой-то парень лежал на мне, ругаясь непристойными словами. Единственное, что я чувствовала в тот момент – это стыд и боль в ноге. Парень сразу встал, но проходившие мимо двое человек всё равно всё увидели, и этого было достаточно для распространения слухов.
– Как вы? – спросил подошедший дядя. – Что произошло? – Он потянул мне руку, но я не смогла встать: левая нога ужасно заныла, хотелось просто кричать от боли.
– Дядя, её хотели опрыснуть кислотой, – произнёс юноша. Тогда я ещё не знала, что этот темноволосый парень с голубыми, как водопад, глазами являлся моим четвероюродным братом. А если быть точнее, то он – сын маминого троюродного брата, который двоюродный брат её мамы, которая является его родной бабушкой. Но об этом, как о и цвете его глаз и волос, я узнала позже – сейчас меня срочно везли в травмпункт. Из-за боли в ноге, я не могла ступить и шагу сама, поэтому дядя поднял меня на руки и усадил в машину.