Я бросил задумчивый взгляд на инкуба. Интересно, как он воспринимает эти слова? Раз игра их не цензурировала, значит, не видела в них ничего страшного. Наверное потому, что деление на “дети” и “взрослые” было заложено в местный сленг и подменяло классическое “игроки” и “неписи”. А что Нене у нас игрок, никаких сомнений не имелось.
Журналисточка улыбнулась.
— Я о своём возрасте в школьной анкете не лгала.
Бровь Ленки дёрнулась, а затем я поймал строгий взгляд сестрицы. Что мне оставалось? Я пожал плечами в ответ.
— Ты сама об этом только сейчас узнала. Не надо на меня так смотреть.
— А тебя это остановит в дальнейшем? — хмыкнула девушка.
Я поднял руки.
— Эй, я никого ни к чему не принуждаю. Кроме того, если школьной администрации известен реальный возраст Нене и они не против лав-отелей, то причём тут я?
Действительно. Если уж движок игры, не имеющей возрастных ограничений позволяет, какие проблемы? И вообще, тут постельные сцены очень целомудренные, как в каких-нибудь симсах, в которые можно играть с семи лет. Даже с анцензор-патчем ситуация не становилась хоть сколько-нибудь возбуждающей, а скорей являлась комедийной.
Хотя, опять же, я это говорил скорей для того, чтобы позлить сестрёнку. Совращать ребёнка я не собирался. Хотя бы потому, что отныне в моей голове стоял мощнейший блок на любые пошлые мысли в сторону журналистки. И выражался он не в том, что они мне в голову прийти не могли, а в том, как воспринимались разумом. У меня в таких ситуациях всегда включалось нечто, похожее на инстинкт старшего брата. Быть может, инстинкт отца? Понятия не имею. Отцом я ни разу не был, а вот старшим братом являюсь столько лет, сколько Ленка перерабатывает кислород в углекислый газ.
— А что её батя скажет, если узнает? — угрожающе прищурилась Сакура, по какой-то причине считавшая меня хуже, чем я есть на самом деле.
Ручка Нене тотчас же взметнулась вверх.
— Мне разобьют всё лицо, а Юки этот трусливый чмошник тронуть не решится, — весело продекламировала девочка.
Я молчал, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику дивана.
Взгляд Ленки сменился. Теперь он был скорей испуганным.
— Не-е-е-ет, — медленно качала она головой.
Но в виду имела отнюдь не разрешённые игрой постельные сцены. Она скорей опасалась, что я сяду за нанесение кому-то тяжких телесных.
Глава 137. Сакура спасает брата-дегенерата
На душе было погано.
Сразу по многим причинам.
Мы сидели на диванчике. Я и Нене. Ромку, Виргинию и смазливого помощника Сакуры отправили погулять, чтобы можно было всё обсудить в ГП-пространстве, не стукаясь каждый раз лбом о встроенную цензуру.
Я склонил голову в попытках подражать грустному Киану Ривзу, а журналисточка выпрямила спинку, как отличница, которую ругают за четвёрку. Ленка же ходила пред нами туда-сюда, словно мечущийся в клетке лев.
— Возьми себя в руки, Дэн! Проклятье, я отлично понимаю, что твои проблемы с агрессией уже дарят цветы твоему чувству справедливости, но будет очень невесело, если ты сядешь благодаря их дитяте. Тем более, из-за девочки, которая тебе никто. Прости, Нен, но это так.
— Нет у меня никаких проблем с агрессией! — взмахнул я руками.
— Ой, да ладно? — прищурилась Сакура. — А я знаю некоторое количество человек, которые с тобой не согласны.
— Они — идиоты, — уверенно сказал я. — У меня нет проблем с агрессией. У меня есть проблема с навязчивыми идеями. Кроме того, девочка не только мне никто. Она всему миру никто.
— Ты этого не знаешь, — отрезала Ленка. — Не переоценивай свой навык разбираться в людях. Если бы он был хорош, ты бы понял, что перед тобой ребёнок, намного раньше.
— Уж простите, — я вскочил на ноги и развёл руками. — Она осугоенно развита не по годам. Такое, знаешь ли, часто бывает с детьми, которые начинпоко никому не нужны. А ещё у них часто развиваются демонстративный нонконформизм и желание выделиться из толпы. Например, посредством инкуба-содомита на поводке.
Сакура рассеянно пожевала губы и бросила на Нене задумчивый взгляд. Девочка смущённо опустила голову и, чтобы хоть как-то занять руки, начала неуверенно наминать край юбочки.
Сестрица тяжело вздохнула.