Я поднял бровь. Неужели это так заметно? Хотя… да. В школе на уроках, если я на них попадаю, то активничаю, как девочка-отличница с первой парты.
Я скис.
— Не хочу косички.
— А оно и не надо! — подняла палец императрица. — Соберём тебе волосы в два хвостика. На нос — очки прямоугольные. Сорочку с рюшечками. Юбочку оборчатую. Галстук обязательно, чтобы прямо на оппаях лежал. Ну или бантик, тут уж как получится. И чулки чёрные с белой полоской обхватывающей бедро. Либо белые гольфы.
— Знаешь, — поднял я бровь, — мне начинает казаться, что твоя любовь к лилиям — это нечто большее, чем просто перк.
— На самом деле я — бородатый и пузатый лысеющий менеджер по продажам! — она подняла руки на уровень головы и попыталась изобразить страшное выражение лица.
Получилось хреново, учитывая, что взгляд не поменялся ничуть.
Я поморщился и покачал головой.
— Маловероятно. Я ещё сомневалась, пока не познакомилась с Асукой. Сейчас двух мнений быть не может. Вы не пара. Вы — подруги.
— А может, друзьяшки? — хитро прищурилась она. — Два брата-дегенерата?
И снова, лишь веки сменили положение. Радужка и зрачок остались прежними.
Я же опять покачал головой.
— Слишком женственный у тебя выходит брат-дегенерат. Я могу ошибиться, но я права. Потому что я всегда права, даже, когда я этого не хочу.
Пимико отмахнулась.
— Да тебе просто не хочутся думать, что за меня играет мужчина.
Я улыбнулся.
У меня были аргументы, достаточные, чтобы победить в этом споре. Я мог бы их выложить. Упомянуть то, как я понимаю истинные причины выбора юрийного перка. Рассказать, как я вижу привычку императрицы отталкивать мужчин. Она бы мигом погрустнела, подтверждая таким образом мою правоту.
Но это бы испортило настроение Пими-тян. А мне хотелось, чтобы ей было весело и легко.
— Да, ты права. Мне просто не хочется об этом думать. Меня бы прямо уничтожило, если бы оказалось, что ты — мужчина.
Тем временем из-за занавесочки выглянула Рьюгина моська. В целях конспирации мы уже налепили задротышу на голову яркий бант, из-за чего тот мигом стал казаться девочкой.
— Ладно, я уже сменила наряд, но прежде чем я вам его покажу и вы в очередной раз скажете, что это не подходит — потому что я слышала, как вы тут общались и уже назвали два стиля, ни к одному из которых эта одежда не принадлежит, — скажите мне: как, чёрт возьми, вы собираетесь протащить на свиданку с трапами девицу? — Рьюга оправил… оправила чёлку. — Да, мы поколдунствовали, но ведь Ками до сих пор остаётся тянкой. Ни у кого из траполюбов она кровь из носу не вызовет.
Пими хмыкнула.
— Вообще-то, из нас троих трап тут только ты.
Мерзкая братишка Ками поперхнулась.
— Шутки шутите? У меня носокровь шла от соблазнений Юки. А ведь перка соответствующего нет.
Пимико развела руками.
— Ты ерунду несёшь. Вы же ходили в душ вместе. Неужели ты не видела, что там внизу нет мужских деталей?
— Там цензура, — Рьюга подозрительно прищурилась. — А сейчас ты скажешь, “ах, да, цензура…”
— Ах, да, жожо-референс, — прикрыла лицо рукой императрица.
Я успел увидеть улыбку на её губах.