Ответом её был возмущённый взмах руками.
— Я умею себя вести!
— Научись себя вести достойно, а не отвратительно! — уточнила Ками и потянулась за лифчиком.
— Ах вот оно как? — я состроил кислую физиономию. — Это важное уточнение. Не-е-е-е, я так не умею.
Строгая раздражённая физиономия мерзкой сестрёнки Рьюги преобразилась. Теперь она выражала нечто, что я мог бы распознать, как жалость.
— Тебе не обязательно быть клоуном, Юк. Лучше будь собой.
Она щёлкнула застёжкой, провернула бюстгальтер и принялась возиться с чашечками и лямками. Не забывая при этом читать лекцию:
— У тебя же есть достоинства. Почему ты не хочешь воспользоваться ими? Я имею в виду, как тем, на что стоит делать ставку в общении с людьми?
Её прервало задумчивое хмыканье со стороны императрицы.
— Знаешь, а ты ведь забыла про кое-что важное.
— Ась? — перевела Ками удивлённый взгляд на ту, что ныне носила её лицо.
Та хитро улыбнулась.
— Пими-тяма носит панцу в синюю полоску.
Мерзкая сестрёнка Рьюги опустила взгляд на своё бельё, а затем закинула голову назад и выразила отношение к текущей ситуации одним словом:
— Ксо-о-о-о-о…
Пимико снова хмыкнула.
— Ну чего? Раздевайся. Только медленно. Я хочу этим насладиться.
Глава 104. Претрапование
Как же хорошо, что у нас было официальное разрешение дисциплинарного комитета на прогул!
Нет, разумеется бегать от охраны порой весело, но, чёрт возьми, бывали моменты, когда охота отдохнуть от подобных развлекух!
Короче, мы с Пимико и Рьюгой активно шопились. Причём, на деньги императрицы. Не сказать, чтобы бюджет выходил запредельным, но где развернуться имелось. А ограничения скорей вызывали спортивный интерес, чем раздражали, ибо оставляли пространство для манёвра.
Веселей всего, конечно, было перевоплощать мерзкого братишку Ками. Хулиган-задротыш забавно смущался и огрызался, когда мы с императрицей ничуть не стесняясь того, что делаем, нагло обсуждали результат каждой смены наряда.
— Говорю же, — пылко спорил я, — нам надо развивать линию с задротистостью Рьюги! Очки побольше и покруглей, кофту бесформенную, юбку длинную и толстые вязанные колготы! И парик с косичками.
— Нонсенс! — отмахнулась от моих аргументов Пимико. — Не в характере это нашей подруги! Она решительная и наглая! И это нужно подчеркнуть! Короткая пышная юбка с оборками, агрессивного вида чулочки, а на торс маечку с толстым кантом и весёлым принтом. А парик должен быть с двумя большими пружинками-дрелями.
— Что за мисо-суп у тебя в голове?! — не унимался я. — Нам нужны разные типажи, понимаешь? Раз-ны-е! У нас ведь до сих пор нет ни одной задротки! Ни-од-ной! А девочек с пружинками в волосах аж две имеется!
— Я могу сменить причёску! — вздёрнула носик императрица. — И вообще, я хочу отыграть пацанку!
— Но я — пацанка! — возмутился я.
— Нет, вот как раз ты будешь ботанкой!
— Я?! — с уст моих сорвалось нечто, что напоминает разом предсмертную икоту и вопль утопающей вороны.
— Разумеется! — хлопнула в ладоши Пими-тяма. — Ведь ты в реале как раз ботанка!