VY Большого Пса – это одна из самых больших известных звезд по радиусу, один из самых ярких и массивных красных сверхгигантов, а также одна из самых ярких звезд в Млечном Пути. Начало пути ребят было ознаменовано именно этой звездой.
====== Мю Цефея ======
Пока фура везла нас (предположительно) по шоссе, ведущему из города, ничего не оставалось, кроме как вслушиваться в размеренный шелест колес по асфальту и, как это ни странно, разговаривать.
Я уже и не помнил, чтобы трепался с кем-то так много и вовсе не ожидал, что прорвёт меня на пиздеж не с кем-нибудь, а с Твиком. Хотя, чего греха таить, я ни хренашеньки из событий сегодняшнего вечера не ожидал, пора уже было прекращать удивляться и плыть по течению в моей привычной манере.
Таблетки, наконец, возымели действие, в виски больше не стучало, словно в гонг, и даже запах бензина ощущался теперь не так остро. Наверное, прибился…
Твик сидел рядом, касаясь меня плечом и смеялся, вспоминая, как Кенни обнаружил у себя на заднем дворе дохлую кошку, и как мы бегали на неё посмотреть, наблюдая стадии разложения. А потом Картманну пришло в голову сохранить её череп, и мы бурно дискутировали, как отделить голову несчастного дохлого животного от тела, пока нас не застукали родители. Кажется, всех ненароком сдал Баттерс: облава произошла молниеносно, нас разогнали по домам, кошку, вроде бы, закопали… В тот день мы возвращались домой с Твиком вдвоем.
— Погоди, ты мне тогда рассказывал ужасы про то, как разлагается человеческое тело? — припомнил я, морщась и смеясь одновременно.
— Ага, а потом ты спросил, откуда я знаю это дерьмо, а я ответил, что слишком много читаю и боюсь, что когда-нибудь в городе случится нашествие зомби, и поэтому я хочу быть готовым ко всему, — Твик тихо усмехнулся.
Мы выключили фонарик на его телефоне, когда выяснилось, что свой я успешно проебал где-то дома. Заряда на нашем единственном шансе на спасение было процентов тридцать. Не хотелось оставаться без последней связи, поэтому мы коротали время до ближайшей остановки, немного неловко, но всё-таки довольно оживленно беседуя.
— Чёрт, ну должно же ему приспичить когда-нибудь? — возмутился Твик, резко дернувшись и сменив позу. Мои ноги тоже затекли, но вставать было лениво, к тому же нас потряхивало, и я не хотел завалиться куда-нибудь в темноте. — Сколько можно ехать? Пока мочевой пузырь не лопнет?!
— Он может поссать в бутылку.
— Фу, прямо на ходу?
— А что такого? — я размял шею, — ты чё, никогда так не делал?
— Там же микробы везде…
— Какие, нахер, микробы?!
— Зачем, нахер, ссать в бутылку?
Я улыбнулся, вспоминая, как делал это когда застрял в пробке в Денвере, куда мотался по делам. Твик поёрзал, вздыхая, а затем завозился, судя по всему, шаря руками позади себя. Я принялся вслушиваться в его беспорядочные телодвижения.
— Кстати, знаешь, зачем дальнобойщики стучат ногой по колесу фуры, когда вылезают из кузова? — спросил я, хохотнув.
— Не-а, — Твик на секунду перестал суетиться, заинтересованно добавив, — Зачем?
— Чтоб хер от ляжки отлепить.
— Фу, Крэйг! — возмутился он, и я расхохотался, представляя себе эту картину.
— Ну я не проверял, мне говорили!
— Прикинь, — заметил Твик, — вот вылезет мужик из кабины, потянется, отлепит хер, а затем услышит наши голоса из кузова.
Я подумал, что парень сейчас прямо прочёл мои мысли.
— Интересно, он сразу обосрётся или немного подождет?
Белобрысый не ответил, снова продолжая чем-то шуршать: мне показалось, он разорвал какую-то плёнку. Затем я услышал характерный треск картона и хруст.
— Чё ты там роешься? — спросил я чуть погодя.
— Чипсы нашёл, кажется. Или печенье…
— Дай сюда, — я протянул руку, но не попал куда нужно, ткнувшись пальцами Твику в грудь.
— Эй! — он дернулся, но я, не мешкая прошелся прямо по его плечу и ниже до кисти, перехватывая заветную пачку.