Я тихо рассмеялась, а потом не удержалась и поцеловала его в шею.
— Нет, Дарра осталась там, где я ей велела. Мелинда присмотрит за ней.
— Тогда где ты увидела волка?
Я вздохнула. Вот так, стоило только один раз наткнуться на обезумевшего оборотня в лесу, а Морган будет теперь до конца жизни напоминать мне об этом случае.
— Я его не видела. Даже не знаю, жив ли он до сих пор. О нем мне рассказал старый Рольфус. Понятно?
— А-а, — расслабленно выдохнул Морган. — Так бы сразу и сказала. Так что это за волк и какое отношение он имеет к истории с пожаром?
— Некий Грей. Ты слышал о нем?
Морган помотал головой.
— Нет, не приходилось. Но я могу попробовать разузнать. Рольфус не сказал, из какого он клана?
Я пришла в недоумение.
— Волк, я ведь упомянула.
Мой лерр усмехнулся.
— Кира, вот твой дядя Саймон — тигр, и я тоже — тигр. Но мы из разных кланов. У волков тоже есть свое разделение.
— А-а, — разочарованно протянула я. — Нет, не сказал. Упомянул только, что этот Грей лишился одного глаза в драке с моим дедом Никласом.
— Одноглазый волк — примета неплохая, — заметил Морган. — Утром напишу одному приятелю, попробую выяснить побольше. Так ты думаешь, что Грей мог затаить зло на твоего деда и отомстить за свое увечье?
— Он пытался ухаживать за моей бабушкой, — пояснила я. — И дед вызвал его на поединок.
— Тогда раздобыть нужные сведения будет проще. Все-таки поединок — это для свободных оборотней. Если бились за жену одного из сражавшихся, то о таком случае должны помнить долго.
— Да, Рольфус тоже так говорил. И ещё он рассказал мне одну важную вещь. Которую ты, между прочим, от меня утаил.
— Это какую?
— Метка. Оказывается, у меня теперь появился знак, да?
— И у меня тоже, — добавил Морган. — Извини, Кира, я все время забываю, что ты не знаешь самых обычных вещей.
— Я хочу посмотреть, — заявила я.
Он склонил голову.
— Смотри. Вверху на шее, под волосами.
Я осторожно отвела тяжелые пряди. Если бы он не сказал, где искать, то я бы и не заметила. Небольшой круг, изображавший полную луну, а в нем — две переплетенные буквы, «К» и «М». Тонкие линии, серебристый цвет. Я провела пальцем по окружности.
— У меня тоже такой?
— Идентичный.
— Красиво.
Я не лгала. Теперь, когда я его заметила, знак притягивал внимание, казался живым. Буквы сплетались, соединялись, линии извивались на коже. Не в силах удержаться, я прикоснулась к метке губами, а потом и языком. И тут же поняла, что разговор о прошлом можно на сегодня считать законченным. С глухим рыком Морган сжал меня в объятиях, запрокинул мне голову и раздвинул губы жадным поцелуем. Я плавилась под его натиском, прижималась все крепче, стремясь вжаться в его тело, раствориться в нем, стать одним целым. Нам даже не хватило терпения полностью раздеться, но все ощущения словно обострились, и трение ткани о нежную кожу вызывало у меня всхлипы наслаждения, перешедшие в громкие стоны, когда Морган наконец-то овладел мной. Я сжала ногами его бедра, обвила руками его шею и отдалась нахлынувшим на меня волнам блаженства.
— Ты поговорила вчера со всеми, с кем собиралась? — спросил у меня Морган за завтраком.