Дайм даже решился сам его позвать. В конце концов, его боль при любом контакте с Роне — его собственная проблема, и он ее решит. Постепенно.
Но темный шер не отозвался. Не потому что поставил ментальный барьер, не было никакого барьера. Просто его самого не было… проклятье, только не паниковать! Роне жив. Совершенно точно жив. Наверное, спит. Вероятно, ранен и вымотан. Возможно, умирает…
— Энрике! — позвал Дайм, начертив руну вызова на ближайшем темном стекле.
— Да, шеф? — по счастью, неподалеку от капитана тоже нашлось нечто подходящее для связи.
— Нашел? Узнал что-нибудь?
— Нашел. В парке.
— А темный шер?
— Не выходил из своей башни.
— Уверен, что он там?
— Я видел, как он туда зашел. Шеф… вы должны знать. Мастер теней и темный шер устроили…
— Знаю, — отмахнулся Дайм. — Оба живы? Кто-то ранен?
— Бастерхази ранен. Если не притворялся.
— Ясно. Спасибо, капитан. Вернись в зал и будь пока рядом с королем. И если я не вернусь…
— То что?
— Ничего, — буркнул Дайм и стер руну вызова.
Вытащить его из башни Рассвета, если что-то пойдет не так, Энрике все равно не сможет. Даже вместе с Бален. А если позовет на помощь Шуалейду — то никто не знает, каким дерьмом это кончится. То есть выживет ли кто-то после драки Шу и Роне, которую Дайм полезет разнимать.
Злые боги, за какие грехи ему это вот все?!
Боги не ответили. И второй раз, когда Дайм попытался войти в башню Рассвета — тоже не ответили. Ни боги, ни сам Роне, которого Дайм опять пытался дозваться. Лишь на пинок в дверь высунулся Тюф и злобно прошипел:
— Хоз-зяин с-с-спит! Уйди-с-с! — и тут же нырнул обратно в стену, Дайм даже схватить его не успел. Только показать вслед шисовы хвосты.
Уйти? Когда этот темный придурок ранен? А кто его будет лечить, по-вашему?! Ну нет. Как бы Роне ни запирался, Дайм сумеет до него добраться. Сегодня — совершенно не время умирать. И если это будет хоть как-то зависеть от Дайма, это время наступит очень и очень нескоро.
…что закономерно приводит к вопросу: что же делать с ненавистью? И надо ли что-то с ней делать?
Разумеется, надо, если вы не хотите, чтобы ваша жизнь зависела от того, кого вы ненавидите. Чтобы ваше внимание было сосредоточено на нем, а не тысяче иных, куда более приятных вещах.
Ответ на вопрос «что делать» и «как делать» несколько сложнее, и в то же время он прост до примитивности.
Измените свое мнение. Оно, мнение – ваше, вы можете делать с ним что хотите.
Рассмотрите, для чего вам нужна ненависть, что именно вы прячете за ней от самого себя. Допустите, что «оно» в ваше зоне ответственности, а раз вы за это отвечаете – то именно вы это контролируете. Именно вы можете исправить пусть не прошлое, но его последствия. Исправить не местью, которая только ломает, а действиями во благо. Себе во благо, разумеется. Я ни в коем случае не призываю всех простить, закрыть глаза на чужие неэтичные поступки и провозгласить себя «хорошей и добродетельной» жертвой. Нет. Я призываю простить себя, принять как данность то, что лично вы сами не всегда поступаете красиво и этично, и признать, что наказание себя за ошибки никому не сделает лучше. Что нужен другой способ возмещения ущерба: себе ли, другим ли. А главное, что признание своей ошибки вас не убьет и даже не покалечит. Быть неправым – не опасно.
А если быть неправым не опасно, то и основная причина для ненависти (отрицание ради собственной безопасности) становится вовсе не такой жесткой, какой казалась.
С.ш. Бруно Майнер, из лекции «Природа эмоций»
Сначала закрытых век коснулся свет. Бесшумно и нежно, словно поцелуем.