Драконья кровь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шу вздрогнула от пронзившего ее холода. И стыда. И запоздалого страха.

Глупости! Ей нечего бояться, Тигренок никогда не причинит ей вреда. Он любит ее. Он не мог сказать этого вслух (потому что одна трусливая жадная девчонка запретила ему говорить), но он точно любит. Или… или нет? Да нет же, он не сумел бы так хорошо притворяться. Наверное.

— Мне все равно! — Она обхватила себя за плечи, просто потому что нужно было хоть за что-то держаться. — Он сказал, что хочет новую жизнь, и я… он…

И она все еще боится сказать Дайму правду, потому что пока слово не произнесено вслух, можно сделать вид, что ничего не было. Злые боги, какая чушь! И как же стыдно лгать Дайму! Она просто должна сказать правду, даже если…

Что «если» она даже додумывать не стала. И не успела бы, Дайм ее прервал, положив ладони ей на плечи.

— Шу, тебе не идет такое страдаль…

— Я люблю его! — выдохнула она и замерла, опустив глаза.

Несколько мгновений она ждала. Ширхаб знает, чего. Да чего угодно, но не смеха. Тихого, но искреннего, с нотками облегчения — и горячие, затянутые в черную лайковую кожу ладони по-прежнему лежали на ее напряженных плечах.

— Ох, помилуй Светлая, какая же ты… —  выдохнул Дайм и снова засмеялся.

Шу смерила его злым взглядом, попыталась отступить и отвернуться, но Дайм прижал ее к себе и погладил по голове, снова окутывая собственным светом и… любовью.

— Не сердись, маленькая. Просто видеть тебя такой… ох! Колдунья, положившая орду зургов, притворяется нахохленной синичкой! Шу, моя прекрасная Гроза…

Прижимаясь щекой к подрагивающему от смеха плечу, Шу горела от стыда, но верила, что теперь-то все будет хорошо. Дайм здесь, он поймет, он поможет ей выпутаться из собственных чувств. Светлая, как же хорошо, что он вернулся!

— Тебе смешно. А мне? — зашептала она прямо в бархат его сюртука. — Я не понимаю, что со мной. Дайм! Я, правда, не знаю. Я не хотела!

— Чего ты не хотела?

— Обманывать тебя! Его! То есть… я вообще не понимаю, что со мной, почему так! Когда он пришел, я… это было… сразу, понимаешь? Как молния, как… Я не смогу без него.

— Я знаю, маленькая, — в голосе Дайма звучала такая нежность и такая печаль, что Шу стало не просто стыдно. Ей провалиться захотелось. Прямиком в Бездну. — Не вздумай плакать, слышишь? Все хорошо. Все обязательно будет хорошо, я обещаю тебе.

— Ты правда?.. Прости меня. Я не хотела так… предавать тебя.

Ну вот. И это слово тоже было сказано вслух.

Целое мгновение Дайм молчал. А потом выдохнул и поцеловал ее в макушку. Ее пронзило его болью — такой привычной, такой неправильной. И она забрала ее. Снова. Как делала всегда. Превращая его боль в их общее наслаждение. Правильное. Несмотря ни на что.

— Ты такая умная, моя Гроза, но иногда такая глупышка. — Печали в Дайме стало меньше, а нежности еще больше. — Ты не предавала меня. Ты меня спасла… о, шис! Чш-ш… не надо, не возвращайся туда.

— Я не… — соврала она: ужас и боль казни снова были в ней, вокруг нее, и ей некуда было спрятаться…

Кроме как в объятиях Дайма. Живого. Настоящего. Дайма, который простил ее, понял, который по-прежнему…

— Я люблю тебя, Шу. Всегда буду любить, что бы ни случилось.

О, как же ей хотелось поверить! Вот только не получалось. Совсем. Потому что она знала, как это бывает.

— Ты не можешь любить меня. Это невозможно, любить после того как я… — голос отказал ей.

«…предала тебя. Так же, как Бастерхази предал меня. Нас обоих. Я не могу любить его — а ты не можешь любить меня. Я знаю».

Дайм тяжело вздохнул и снова поцеловал ее в висок, потерся губами.

— Ты не предавала меня. И Бастерхази, он тоже. Не предавал.

От неправильности, несправедливости его слов что-то внутри Шу взорвалось — что-то обжигающе ядовитое, что-то невыносимо болезненное. Такое, что даже прикосновения Дайма стали настолько нестерпимыми, что она отскочила — и закричала, выплескивая боль и протест:

— Как ты можешь так говорить?! Он… он почти убил тебя! Ты забыл?! Это он бил тебя! Этот кнут… он… я ненавижу его! Из-за него ты… ты едва не умер! Он — предатель! Хиссово отродье! Ненавижу его! — Она резким движением утерла мокрые щеки и отступила еще на шаг от Дайма, который качал головой. От Дайма, которому было невыносимо больно: кнут снова драл его спину, зачарованные кандалы снова приковывали его к позорному столбу, и его волшебная кровь снова стекала по эшафоту. — Не смей прощать его! Он — зло!