Не-Русь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Абдулла, вынужденный обходиться без переводчика, очень смущён. Ещё более он был смущён… мною. Вот так смущённо извинясь он уточняет:

— Полон — нет, мир — нет. О-ба-за-тел-но.

Это для них важно. Напомню: Булгарский Эмират начался с того, что викинги и славяне, возвращаясь из Каспийского похода, заплатили хазарскому кагану оговоренную заранее плату за проход. Но гвардия кагана увидела в ладьях руссов множество мусульманских пленников. Мусульманские наёмники наплевали на волю своего государя, на договор и оплату. Руссы были перебиты, а остатки их материальных ценностей легли в основу Булгарской государственности.

— Ишь чего захотел! А хрена тёртого ему не надо?! Мы их с бою взяли! За них кровью нашей плачено! Да мы и самого эмира…! И тебя морда поганская…! Сща как пройдёмся по Заволжью — толпами полон басурманский погоним…!

Боярская и прочая господа сильно возбудилась и громко возроптала.

Для русских «лучших людей» работорговля — постоянный источник дохода. Один из основных мотивов военных походов. Пригнал полсотни рабов, продал — эквивалент годового дохода от вотчины или от государевой службы.

Русь постоянно продаёт множество рабов. Преимущественно, из числа своих жителей. Соотечественников и единоверцев. Каждая княжеская усобица набивает невольничьи рынки Кафы. В отличие от Булгарии, которая торгуют, преимущественно, иноверцами и инородцами. Здесь, на Волге, основной поток рабов идёт из земель русских, марийских, мордовских, буртасских… в Булгарию и далее на юг.

Картинка… несимметричная… Что даёт возможность…

— Спокойно! Тихо! Всех на всех!

Что, про «Шестидневную войну» не слыхали? 5 тысяч пленных египетских офицеров, включая генералов, были обменяны на 10 пленных израильтян. А солдат просто перевезли за Суэц и разогнали по домам.

— Чегой-то? Как это? Когой-то? Которых всех?

Собрание на мгновение призадумалось, обменялось и попёрло. Рогом — на меня.

— Сдурел хрен лысый! Кого всех?! У нас ихнего полона — три тыщи! У их — и трёх десятков нет! Как жеребца на белку сменять! Да княже же! Да что же этот дурень говорит-предлагает! Да разорение же! Неможно сопляку такому слов таких говорить!

— Да тихо ж вы! Сказать дайте!

Тяжёлая, темная ненависть в глазах рязанского Глеба (Калауза), светлый, праведный гнев — Изяслава Андреевича, веселье с тревогой — у муромского Юрия (Живчика). И напряжённый, испытующий взгляд из-под прищуренных век Боголюбского.

Он — не меня испытывает, он — себя испытывает. Проверяет. А не ошибся ли он нынешней ночью? А не переиграть ли всё назад? Взять в железа, подвесить на дыбу, придавить да вызнать… Фигляр? Мошенник? Постобрёх? Или что-то… серьёзное?

— «Всех на всех» — означает отдать эмиру всех булгар. Нынешний полон и из прежних, кто в русских землях живёт. Кроме принявших веру христову. И — наоборот. Всех христиан, хоть бы и в магометанство насильственно обращённых, всех людей из племён, что под Русью живут. С их детьми. Вернуть на Русь.

— Что скажешь, посол?

Андрей снова обгоняет в соображалке остальных. На всё Залесье не наберётся и тысячи булгар. Просто потому, что ни один нормальный хозяин не будет оставлять таких рабов в Волжско-Окской системе — велика вероятность побега, по реке лодочкой — удобно. «Геккельбери Финн» с негром на Миссисипи — как пример.

А вот выгребать против реки… или брести через Мордву… И ещё: русские продают булгарам соплеменников, а булгаре русским — нет. Так что соотношение не в разы — в десятки раз.

— Барлык барлык… Ново. Не бывало. Эмир… Его воля.

Абдулла явно пребывал в недоумении. Предлагаемая мною схема здесь не принята. Ибо она переводит сделку из мгновенной, краткосрочной — вот твоё, вот моё — поменялись, «махнём не глядя» — в долгосрочную.

«Фактор времени»: собери всё взятое, за все предшествующие годы, и отдай. Это требует таких, многим скучных, или — вообще незнакомых вещей, как механизмы и процедуры администрирования и взаимодействия, учёт и контроль…

Для грабителя — неприемлемо. А вот для государя…

Андрей посмотрел в потолок, улыбнулся чему-то, посмотрел в пол, взглянул прямо на нас с Абдуллой:

— Да. Так — быть.

— Но, батюшка! Басурманы же…!

— Один раскаявшийся грешник милее господу десяти праведников. Возвращённый в лоно матери нашей — церкви православной, милее десяти новообращённых. Души христианские, стенающие под игом агарян нечестивых, должны быть освобождены и возращены.

Вы хотите спорить с Боголюбским?! Поднимите руки, что бы я знал — сколько могил копать.

Но тема не была закончена: пошёл тяжёлый, многослойный и многоструйный, разговор о том, что нужно посылать к эмиру своих послов.