— Кажется, вы хотели покинуть эту милую компанию, юная леди.
Лера кивнула. Потом ещё раз. И еще. Ее била крупная дрожь, и она принялась кивать не переставая, словно заведенная.
Мне же в его тоне послышалась издевка. Да и эта нарочитая вежливость, словно у героя романтических историй, тоже доверия не внушала. Ох, как бы мы не вляпались куда похуже, чем с Леркиными приятелями! В голове тут же всплыли всевозможные истории о маньяках, которых все окружающие считали милейшими людьми. А если учесть, что такому холеному типу уж точно нечего делать не то что среди недостроек, а и вообще в нашем убогом городишке…
Разбушевавшаяся фантазия подкидывала картины одна страшнее другой. Ноги словно онемели, не давая ступить и шагу. Я затряслась не хуже Лерки.
— Пойдемте отсюда, — мягко сказал незнакомец и взял за руку и меня.
Я пошла за ним покорно, словно безропотная овца за пастухом. Забавно, должно быть, мы смотрелись: шикарный мужик, которому место на рекламных щитах, и две плетущиеся за ним идиотки. Незнакомец не задал ни одного вопроса, но уверенно шел по направлению к нашему дому. Мне бы тогда ещё насторожиться, но меня слишком увлекли мысли о возможном маньяке, и я не придала значения более важным мелочам.
Мы миновали ограждение, опоясывающее стройку, и я понемногу начала успокаиваться. Похоже, странный незнакомец действительно не хотел ничего дурного, просто пришел на помощь двум дурындам. Вот и родная улочка, кривая, узкая, но шумная. Трехэтажные густонаселенные домишки из серых блоков. Крохотные дворики с чахлыми деревцами. Покосившиеся скамейки. Кое-где отчаянные любительницы красоты пытались разбить небольшие цветники, но даже неприхотливые многолетники не желали приживаться на скудной почве.
— Вам нужно успокоиться. Выпить чего-нибудь горячего. Здесь есть кафе?
Лера шмыгнула носом.
— Есть. Чуть дальше во дворах, — прогнусавила она.
Я знала, о каком заведении она упомянула. Нет, только не подумайте, что где-то поблизости имелось настоящее кафе с накрытыми скатертями столиками, негромкой музыкой, стеклянными витринами с десертами и витавшим в воздухе ароматом кофе. Вовсе нет. Во дворах находилась забегаловка, где днем разливали слабый желтоватый чай и суррогатный кофе, а в горелом масле поджаривались жуткие пирожки (ходили слухи, что мясом для начинки служили крысы, в изобилии водившиеся в подвалах). По вечерам же любой желающий мог залиться в данном «баре» бормотухой. Происхождение сего напитка являлось тайной, зато цена была по карману даже бедняку. Я представила, как мы появляемся в забегаловке, как таращатся на нас все местные сплетницы, как они сладострастно обсасывают потом все подробности, придумывая на ходу новые, и решительно мотнула головой.
— Нет. Спасибо, но лучше мы пойдем домой.
Незнакомец возражать не стал.
— Как скажете. Угостите меня чашечкой кофе?
У меня на языке вертелось с полдюжины язвительных фраз, но все их пришлось проглотить. Нельзя же, в самом-то деле, отказать в такой малости тому, кто только что спас тебя от крупных неприятностей! Но вот нежелание спасителя расставаться всколыхнуло подозрения. Неужели он не найдет, где выпить кофе, хоть чашечку, хоть десять? От уличных автоматов до самых фешенебельных заведений — судя по одежде, модным ботинкам, стрижке и ухоженным рукам, денег у него точно хватит. Даже на настоящий кофе, привозной, а не на тот суррогат, что пьют бедняки вроде нас.
— С удовольствием, но, боюсь, вам не понравится тот напиток, что пьем мы, — нашлась я.
Вести незнакомца в нашу квартиру не хотелось. И из-за его странного поведения, и потому, что мне было неловко показывать постороннему человеку, в каких условиях мы живем. Ρемонт крохотной двушке требовался не меньше, чем колледжу, вот только на какие деньги его делать?
— Ничего, я неприхотлив.
Делать нечего, пришлось указать на подъезд.
— Нам сюда. Третий этаж.
Квартирку Лидия сняла давным-давно, когда только устроилась работать на завод. Рассчитывала со временем подкопить деньжат и обзавестись жильем получше, но не сложилось. Нам с Лерой после родителей остался небольшой домик, и тетка выставила его на продажу, чтобы приобрести квартиру в центре города, но риэлтор попался непорядочный, и в итоге мы втроем поселились в ее клетушке. Две небольшие спаленки, поменьше — теткина, побольше — наша с сестрой. Кухонька, в которой толком не повернуться. Климатический контроль барахлит, но в последнее время мы его и не включали из экономии. Вот кофемашина имелась, но такая же дряхлая, как и робот-уборщик. Я насыпала в отсек порошок, где хорошо если два настоящих зерна приходилось на полкило жженной смеси из непонятных корешков. Лерка скрылась в санузле, а незнакомец прошел за мной на кухню, заняв собой почти все помещение.
— Вам покрепче?
— Без разницы. Дарина, могли бы мы поговорить наедине?
Я вздрогнула и замерла. Мерная ложка со стуком упала на стол. Темно-коричневый порошок просыпался на пол.
— Не помню, — медленно произнесла я, комкая пачку в руках, — чтобы называла вам свое имя.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Интересного цвета они у моего гостя: темно-серые, почти до черноты, с серебристыми искорками. Наконец, незнакомец прервал затянувшееся молчание:
— Да, вы правы. Наверное, мне стоит представиться. Нехорошо, что мне известно о вас так много, а вам обо мне — совсем ничего. Меня зовут Гард.
— Гард — а дальше?
— Неважно. Можете обращаться ко мне просто по имени.