– Испугался я тогда сильно, начал себе накручивать всякие ужасы и решил, что лучше избавиться от пистолета и от портфеля. И для начала я зарыл его у себя на даче, думая потом выкинуть в реку. Я рассуждал так. Если владельцем этого пистолета является законопослушный гражданин, то ему беспокоиться не о чем. Напишет в полиции заявление об утере оружия, а потом купит себе другой пистолет. А если оружие в моём автомобиле забыл преступник, то тем более следует не высовываться, чтобы не нажить себе неприятностей! Но когда прошло некоторое время, и я порядком успокоился, то подумал, что зря так поступил. И что я себе накрутил про киллера? Видимо, фильмов разных насмотрелся, где случайные водители оказываются втянутыми во всякие криминальные истории лишь из-за того, что по доброте душевной подвезли кого-то. Да и глупо как-то обращаться в полицию спустя несколько месяцев. Что я им скажу? Что струхнул, когда увидел забытый пистолет в салоне своего автомобиля?
– Да, – кивнул головой Тимофей Савельевич. – Человеческий фактор никто никогда не отменял.
– Легко Вам говорить! – уязвлённо произнёс Виталий. – Вот Вы, например, можете признаться незнакомому человеку, что испугались?
– Наверное, – пожал плечами Тимофей Савельевич. – Когда рассуждаешь гипотетически, сложно сказать однозначно. Но вот сейчас Вы же признаётесь мне в своём страхе! И не боитесь моей реакции. Так что же Вас останавливает рассказать то же самое сотруднику полиции?
– Не нужно сравнивать! – тут же замахал руками Виталий. – Здесь у нас с Вами конфиденциальная беседа, как с врачом или с психотерапевтом. Вы пришли сюда уже готовясь услышать от клиента не самые приятные вещи. А в полиции работают не самые доброжелательные люди, которые с пониманием относятся к проблемам обычных граждан.
– Это Вы зря! – возразил Тимофей Савельевич, но в ту же секунду подумал, что не стоит отчитывать Виталия за минутную слабость, за которую он и так уже достаточно заплатил своими душевными муками. – Ну да это дело прошлое! Давайте вернёмся к настоящему. Как я понял, сейчас Вы намерены отыскать владельца пистолета?
– Именно! – обрадованно произнёс Виталий, осознав, что скользкая тема, связанная с его малодушием, которому он поддался год назад, закрыта. – Я решил, что хватит строить догадки и гадать, имеет ли забытый пистолет какое-либо отношение к преступлению или же всё до банальности просто, как если бы тот мужик выронил на заднем сиденье моего автомобиля свои запонки. Нужно просто выяснить это и перестать ломать голову! И для этого я хотел бы нанять Вас, – заключил Виталий и внимательно посмотрел на своего собеседника, ожидая ответа.
– Что ж, полагаю, Вашу проблему решить достаточно легко, и я мог бы Вам помочь, – не задумываясь, ответил Тимофей Савельевич. – Надеюсь, Вы переписали серийный номер пистолета?
– Да, разумеется, – ответил Виталий и достал из кармана рубашки небольшой листок.
Тимофей Савельевич взял из рук молодого человека бумажку и пробежал глазами написанное.
– Очень хорошо, – проговорил он затем. – А как выглядел тот мужчина, который оставил пистолет у Вас на заднем сиденье, Вы помните?
– В принципе, да, – в некотором замешательстве произнёс Виталий. – Только уж внешность у него была совершенно неприметной.
– А поточнее сказать можете? – принялся выяснять подробности предстоящего дела Тимофей Савельевич.
– Ну, рост высокий или, во всяком случае, выше среднего. Нормального телосложения. Ни худой, ни толстый. Лет тридцати пяти. Может, сорока. Волосы на месте. В смысле, он не лысый. Одет в рубашку и брюки. В общем, самая обычная внешность.
– А лицо? Вы рассмотрели его лицо? Узнать сможете?
– Вряд ли, – сомнением покачал головой Виталий. – Темно было, понимаете? И если бы тот мужик сел рядом со мной на переднее сиденье, и мы бы с ним немного поболтали по дороге, я, вероятно, лучше бы его рассмотрел. А он без лишних слов плюхнулся на заднее сиденье и глаза закрыл. Может, спал, может, о своём думал. Кто его знает? Вот у меня и не было причин его разглядывать!
– Ну, хотя бы в общих чертах можете описать его лицо? – продолжал допытываться Тимофей Савельевич. – Узкое? Широкое? Может, вытянутое? Усы, борода? Какие-нибудь дефекты? Может, что-то сразу бросилось Вам в глаза?
– Никаких дефектов у него не было. Усов и бороды тоже. Обычное лицо, – рассеяно проговорил Виталий. – У меня ведь тогда не было необходимости его разглядывать и запоминать! Зашёл-вышел, всё!
– Ясно, – уныло произнёс Тимофей Савельевич, – что ничего неясно. Но, надеюсь, это не будет иметь никакого значения. – А день, когда всё это случилось, Вы помните?
– Да, восьмого июля прошлого года, – сообщил Виталий.
– А время? – тут же задал вопрос Тимофей Савельевич, чтобы составить себе полную картину событий того дня.
– С этим уже хуже, – покачал головой Виталий. – Девять, может, десять вечера. Точно не скажу.
– Что ж, – произнёс в ответ Тимофей Савельевич, – будем надеяться, что это тоже не будет иметь никакого значения.
– Вам, наверное, нужен небольшой аванс? – спохватился Виталий. – Вот, возьмите, – добавил он, протягивая Тимофею Савельевичу конверт, который достал из своей сумки, стоящей на полу.
– Спасибо, – ответил наш герой и заглянул в конверт. Там было двадцать тысяч рублей пятитысячными купюрами. – О! Это, пожалуй, многовато! – удивившись щедрости Виталия, произнёс Тимофей Савельевич.
– Не уверен, – покачал головой Горячев. – Мне бы хотелось, чтобы Вы не только установили имя владельца оружия, но и нашли его, а также разузнали кое-что о нём.
– В смысле, не является ли он профессиональным убийцей? – не сдержав улыбки, произнёс Тимофей Савельевич.
– Да, – потупившись, ответил Виталий.
– Ну, если бы этот человек был киллером, то вряд ли бы стал оформлять оружие на своё имя.
– Но, возможно, что пистолет украли у настоящего владельца оружия, чтобы совершить убийство и запутать следствие, – высказал своё предположение Виталий.