– Тимофей Савельевич, – представился тот.
– А я – Юрий Анатольевич, – представился в свою очередь отец Лили, но Тимофей Савельевич уже знал его имя, но, следуя своей легенде, не стал распространяться о своём знании.
Вскоре все трое сели обедать. Юрий Анатольевич поставил на стол три тарелки и налил в них из кастрюли рассольник, нарезал хлеб и пригласил всех начинать трапезу.
Начало обеда прошло в молчании, а затем хозяин дома снова заговорил.
– Вы сказали, что знакомы с адвокатом Парамоновым. Неплохой мужик! Да и адвокат тоже ничего! Только работа у него неблагодарная.
– Отчего же? – возразил Тимофей Савельевич и решил направить разговор в нужное ему русло. – Спасать невиновных людей от тюрьмы – дело очень достойное!
– Так это когда попадается невиновный, – продолжая рассуждать, сказал Юрий Анатольевич. – Тогда, конечно, защищать его одно удовольствие! А если человек совершил убийство! Да ещё не одно, а двойное! Убил всеми уважаемого гражданина и за компанию молодую беременную женщину, как в этом случае изволите расценивать такой поступок? Разве нужно защищать такого человека? Такого нужно сразу в тюрьму, а потом расстрелять, чтоб другим для острастки! А то так каждому захочется людей кромсать, коли адвокаты их потом защищать будут, да давить на жалость, вспоминая о тяжёлом детстве и других несчастьях, выпавших на долю убийцы! Всем тяжело! Я не знаю никого, у кого бы жизнь складывалась гладко! Но ведь мы держим себя в руках! Не сдаёмся! Не выходим с ружьями на улицы и не стреляем в обидчиков! Конечно, порой морду набить какому-нибудь прохиндею и требуется! Но ведь это так, в воспитательных целях, как говорится. Объяснил человеку, что он не прав, и для убедительности тумака добавил. После этого и дурак смекнёт, что нужно извиниться и исправить то, что натворил. Все же люди! У каждого есть голова на плечах! Зачем же дело до крайности доводить? И главное – убивать тех, кто невиновен! Даже случайно!
В продолжение всей этой речи Тимофей Савельевич продолжал потихоньку есть суп и поглядывать на Юрия Анатольевича. Прямо смотреть на него наш герой не решался, ограничиваясь лишь несколькими как бы случайными взглядами, но и этих наблюдений ему было достаточно, чтобы составить себе представление о Юрии Иванове как о человеке несдержанном, эмоциональном, но с обострённым чувством справедливости.
– Я понял, о каком деле Вы говорите, – сказал он Юрию Анатольевичу. – Об убийстве Агея Абрамова и Полины Плещеевой.
– Точно! – подтвердил Иванов.
– Но в этом деле не всё так однозначно, – уклончиво проговорил Тимофей Савельевич, чтобы вызвать своего собеседника на дальнейшие откровения.
– Да что ж тут неясного? – отодвигая от себя опустевшую тарелку, громогласно произнёс Иванов, глядя прямо в лицо Тимофея Савельевича. – Все вы, юристы-адвокаты, находите причину смотреть на дело под другим углом! А я всегда прямо говорю то, что вижу и думаю! Если человек убил, то должен ответить за свои действия! Лишил жизни другого – заплати своей!
– Значит, Вы не сомневаетесь, что Вячеслав Ратников и есть тот самый убийца, который лишил жизни Агея Абрамова? – тут же спросил Тимофей Савельевич вышедшего из себя Юрия Иванова.
– Да какие тут могут быть сомнения? – мигом отреагировал тот. – Это ж ясно! Абрамов забрал у него всё: жену, квартиру, работу! Человек в таком положении готов на всё! Особенно, когда под рукой оказывается пистолет брата!
– Да, но прошёл почти год с того времени, когда Агей Абрамов выиграл судебный процесс против Вячеслава Ратникова, – произнёс Тимофей Савельевич, призывая своего собеседника к рассуждениям. – За это время Вячеслав нашёл работу, жильё. Его жизнь стала налаживаться. Так зачем же ему было рисковать всем этим? Или Вы думаете, он считал, что пожизненный тюремный срок будет для него намного лучше того, что он успел достигнуть за последний год?
– В таких случаях человек не думает о возможных последствиях! – без заминки ответил Юрий Анатольевич. – Увидел пистолет, вспомнил о своих обидах, вот кровь и взыграла!
– А если бы не было пистолета? Если бы Игорь Ратников не попросил брата привезти ему пистолет, как Вы думаете, пошёл бы Вячеслав на убийство? – вновь задал вопрос Тимофей Савельевич.
Тут Юрий Иванов задумался, посмотрел в окно, потом на дочь, хранившую молчание в течение всего этого разговора, а затем произнёс:
– Думаю, вряд ли. Каждому есть ради чего жить. Просто иногда мы забываем об этом. Думаю, и Ратников со временем смирился бы с потерей жены и вообще со всем, что ему пришлось потерять и отчего пришлось отказаться, и перестал таить злобу на Абрамова.
Тут Юрий Анатольевич глубоко вздохнул и с нежностью вновь посмотрел на дочь.
– Полагаю, в Ваших рассуждениях есть рациональное зерно, – сказал Тимофей Савельевич, поняв, что выяснил всё, что хотел. – Спасибо за обед и за беседу. А Лилии особое спасибо за её удивительное творчество! Я непременно буду рекомендовать эти украшения всем своим знакомым!
– Спасибо! – скромно проговорила Лиля, смутившись неожиданной похвалы.
А Тимофей Савельевич поднялся из-за стола, ещё раз поблагодарив хозяев за радушный приём и решив отказаться от предложения Юрия Анатольевича подвести его до автобусной станции, после чего покинул их дом, чтобы поделиться своими соображениями с адвокатом, направившим его сюда.
Оказавшись на улице, Тимофей Савельевич набрал телефонный номер Сергея Парамонова.
– Извините, дорогой друг, сейчас я в суде, и у меня почти совсем нет времени на разговоры. Через несколько минут начнётся заседание, – вполголоса сообщил нашему герою адвокат.
– Я только хотел доложить, что пообщался с Юрием Ивановым и считаю, что в нашем списке подозреваемых стало на одну кандидатуру меньше.
– Да? – расстроенным голосом проговорил Парамонов. – Очень жаль! А я-то после нашего с вами разговора даже немного воспрянул духом, решив, что мы наконец-то вычислили настоящего убийцу! Вы уверены, что не ошибаетесь?
– Никогда и ни в чём нельзя быть уверенным на сто процентов, – ответил Тимофей Савельевич. – Но если Иванов и является убийцей, то он отличный актёр и театральные подмостки потеряли в его лице настоящую звезду сцены!
– Отлично! Осталось проверить ещё сто семьдесят два подозреваемых за шестнадцать дней, чтобы отыскать нашего пресловутого убийцу! – с сарказмом произнёс Парамонов. – Судья идёт! Извините, больше не могу говорить, – спешно прошептал адвокат и отключил телефон, а Тимофей Савельевич решил вернуться домой, чтобы хорошенько всё обдумать и определиться со своими дальнейшими действиями.
Анализируя сегодняшнюю беседу с Юрием Ивановым, Тимофей Савельевич понял следующее. Юрий Анатольевич – человек импульсивный, обидчивый и плохо владеющий собой, но при этом абсолютно честный в своих словах и поступках. Такой человек вполне способен на убийство, если считает, что только таким образом можно восстановить справедливость. Но совершив преступление, он не стал бы прятаться за чужие спины и увиливать от ответственности. Наоборот. Такой человек сам пошёл бы в полицию и сдался, бравируя своим поступком. И уж конечно, такой человек не стал бы убивать случайного свидетеля, так как это не согласовалось бы с его принципами о справедливом возмездии. Даже если бы он и убил обидчика в присутствии ста свидетелей, то не стал бы палить ни в кого из них и, конечно, не пытался бы скрыться. Вместо этого он стал бы во всеуслышание скандировать о своём проступке, призывая всех оценить его и согласиться с его правильностью. Юрий Иванов – не тот, кто им нужен. Следует искать дальше. Но беда была в том, что времени оставалось всё меньше, а подозреваемых было слишком много, чтобы успеть отработать каждого. И Тимофей Савельевич решил попробовать последовать совету адвоката и ещё раз позвонить Виталию Горячеву, чтобы узнать, не передумал ли он. Вдруг он согласится дать показания в пользу Вячеслава Ратникова?