Ночные тени: читать начало книги онлайн

Довольно долго все шло гладко; он приобрел виллу на берегу озера, что никогда не смог бы сделать на свои адвокатские гонорары. Подкосил его неожиданный финансовый кризис, который безжалостно опустошил банковские счета, оставив миллионные долги. Банки отказали в кредитах, заставили в принудительном порядке и с большими потерями распродавать имущество.

Кризис нанес ему глубокую, незаживающую рану. Теперь его жизнь состояла из постоянного лавирования, но многоголовая гидра прогрызала все новые дыры в личных финансах. Все суетливей и опрометчивей он пытался проворачивать финансовые транзакции с другими банками, осуществлял рискованные инвестиции в сомнительные ценные бумаги, чтобы избежать разоблачения. И вот оно на пороге.

Он решил оставить лист бумаги чистым. «Будь верен себе. Иди до конца!» Это ведь обращено к нему самому.

На его губах появилась прежняя самонадеянная усмешка. Нет, он берет не авторучку, а лежащий рядом маленький «вальтер». Черный пистолет удобно лежит в руке. На мгновение он подумал о собственном преследователе. Подходящая цель? Вздохнув, качнул головой: «Нет, предоставим ему возможность самому попасть в ловушку». Он любил обращаться к себе во множественном числе. Маленькое отверстие на кончике патрона сработает надежно. Пуля, пробив череп, разлетается на куски.

Прощание с покойным состоялось в узком семейном кругу. Сообщение о его смерти было опубликовано позднее: «Его прямолинейность и надежность останутся для нас примером».

Ferrari 575M Maranello, www.guideautoweb.com.

Встреча

Прошло лет двадцать с тех пор, как он последний раз наведывался в Ochsen. Долгое время это был приличный отель и к тому же местный культурный центр с коллективным самоуправлением. Удачно расположенный посреди деревни, он имел неплохой зал, где могли выступить те, кого причисляют к альтернативной культуре. Посетители стекались сюда со всей округи. Но всему отмерен свой срок, поэтому осенью Ochsen перешел к молодой семейной паре. Теперь ресторан предлагал солидное меню, разумеется вполне современное и даже с оттенком азиатского колорита.

Роже оставалось до дома всего несколько сотен метров, однако, не доезжая до перекрестка, где нужно было повернуть направо, он свернул налево, как раз на парковку позади Ochsen.

День у него выдался неудачным. Деловой партнер упрекнул его за частые отлучки: «Ты же знаешь, в нашем деле нельзя работать вполсилы».

Возразить было нечего. Уже несколько лет ему становилось все труднее сконцентрироваться на работе с клиентами. В глубине души Роже чувствовал, что ему не хватает самоотдачи. Кое-что можно было поправить за счет того, что он именовал «делегированием полномочий» младшим сотрудникам, но на судебных процессах с жестким соперничеством сторон ему не удавалось полностью мобилизоваться.

Зачем сейчас ехать домой, спросил он себя. Дети давно упорхнули из родительского гнезда. А его Эстер как-то устроила свою жизнь. Как именно, его не интересовало. Ему все чаще требовалась так называемая «передышка». Вот и теперь он решил побаловать себя хорошим стейком и не слишком тяжелым красным вином, после чего будет легче вернуться домой.

Ochsen не был полон, скорее даже пустовал. Впрочем, еще было рановато, к тому же новые арендаторы сами понимали, что понадобится определенный срок для привлечения посетителей. Роже выбрал угловой столик, удобный, с хорошим обзором.

Будучи человеком, недавно оставившим позади лучшую пору своей жизни, но при этом будучи по натуре общительным, интересным, остроумным, он всегда тяготел к людным местам. Он привычно обвел зал оценивающим взглядом.

Официантка, подавшая меню, несколько смутила его. Он не сразу понял, чем именно. Она вряд ли была моложе его, но выглядела весьма привлекательно – светловолоса, кудрява, со стрижкой «под мальчика».

Он сравнил ее со своей Эстер, которая ждет дома. А может, и не ждет, мелькнуло у него в голове; он давно перестал следить за тем, что с ней происходит. Но сейчас ему не хотелось думать об этом.

– Мы с вами раньше не встречались? – банальной вступительной фразой Роже попытался избавиться от чувства одиночества. Официантка только что принесла хлеб, оливковое масло и чеснок. Глаза у нее были голубыми, ясными.

– Встречались, – холодно ответила она, – здесь же, двадцать пять лет назад.

«Хайди», – пронеслось у него в голове.

Он не забыл ту ночь. Он проехал тогда почти час, чтобы встретиться с ней. Ничего не сообщил заранее, но знал, что застанет ее на работе. Похоже, она обрадовалась его приезду, однако из-за наплыва посетителей почти не смогла уделить внимания.

Прождав до полуночи, он притворился, что выпил лишнего и не может ехать домой. Он знал, в Ochsen у нее есть своя комнатка. Ему удалось добиться, чтобы Хайди пустила его ночевать.

Потом он начал к ней приставать. Она сопротивлялась, но сопротивление только сильнее распаляло его. Ему казалось, будто она ломается только для виду и на самом деле ей все понравится. Себя он считал неотразимым.

Для него это было эротической схваткой с симпатичным противником. Силой повалив на кровать, он придавил ее своим телом. Беззащитная, она была ему еще желанней. Он одурел от страсти. Эта перемена испугала ее, но она не решилась закричать, позвать на помощь. Ей не хотелось будить других постояльцев. Наверное, она их постеснялась.

Она сдалась, почувствовав, что сопротивление еще сильнее возбуждает его.

Утреннее расставание получилось странным. Он находился в приподнятом настроении, почти в состоянии эйфории, а она лишь сказала, чтобы он больше не смел приходить сюда. Она не хочет видеть его.

И вот они снова встретились. Следует ли извиниться перед ней или лучше вести себя так, будто ничего особенного не произошло?

– Ты хорошо сохранилась, – сказал он с бодрой улыбкой.

Хайди никак не отреагировала, только сухо поблагодарила и приняла заказ.

Роже заказал бифштекс средней прожарки и тяжелое французское вино. Ему хотелось успокоиться, приглушить смутное волнение.