─ Да никак! ─ ответил батька-атаман Белой. ─ Таргует себе хмелем, ну и пушшай таргует!
─ А тебе не кажется, что он кем-то падослан? ─ прищурив глаза, высказала свою мысль Белавка. ─ Ходит, что-то высматривает, примеривает, прикидывает…
─ Ну, вот вам с Веданкой щаз делать нечего, ват и присматрите за ним… ─ ухмыльнулся батька-атаман. ─ Да и выведать можно!
Так две казачки получили прямое указание своего батьки-атамана на слежку за тограшом хмельными напитками…
Звон сторожевого колокола всех поднял на ноги: несмотря на раннее утро через несколько минут на площади хутора Раздолье стояли три колонны конников в боевом снаряжении по сто человек. Есаулы каждой колонны докладывали о своей готовности батьке-атаману.
─ Хлопцы – казачки, братья маи радные! ─ обратился к ним батька-атаман. ─ Апять полавцы прискакали нас пашшупать… Так вы уж там дайте-ка им как следавает! А то ишь павадилися… Жить нашим жёнам и детям не дають… Пните-ка их под зад, да харашенько! Любо?
─ Любо, батька-атаман! Любо! ─ закричали в ответ ему конники.
И, понимая, что это самый подходящий момент для того, чтобы дать нужный отпор половцам, вынув саблю из ножен, есаулы крикнули. ─ Вперёд!
И все построившиеся колонны одна за другой, быстро направились к броду…
─ Обормоты! ─ прошипел Бермятка, говоря о половцах и выглядывая из окна полуземлянки, даже покрутил головой по сторонам, как бы кто не услышал его возмущение. ─ Целых три дня где-то моталися… Так я весь хмель быстро распродам! А мне ишшо надоть енто чудно зеркало найтить!
─ Это про какое такое чудное зеркало он говорит? ─ подумала Белавка, подслушивая Бермятку за углом полуземлянки. Вихрь возмущения пронёсся в её молодой головушке. ─ Что он задумал? И как он знает, когда должны были напасть половцы?
И тут ей в голову влетела шальная мысль. ─ Да он сам с ними связан!
Довольная тем, что её подозрение оправдалось, тихонько подалась назад и быстро исчезла в леске на берегу реки, не теряя полуземлянку Бермятки из виду. Получив указание от батьки-атамана следить за Бермяткой, она сегодня даже одёжку подобрала соответствующую – серовато-зелёный кафтан и такого же цвета шаровары, которые когда-то носил отец. В ней она всегда ходила в лес за грибами. Даже обувь сменила: вместо красивых сапожек намотала на ноги портянки и нацепила лапти.
Ждать пришлось недолго: Бермятка выбрался из своей полуземлянки, держа в руках какую-то бересту.
─ Что это у него такое? ─ подумала Белавка, внимательно следя за ним из-за куста. ─ Похоже, это береста! Так – так… Берёстами уже давно никто не пользуется… Ежели надо, на тряпке пишут! А тут береста… Когда это наши люди берестой пользовались?
Задумавшись на минуту и не выпуская Бермятку из своего поля зрения, Белавка смотрела, как Бермятка, держа бересту двумя руками, медленно шёл вперёд, поворачивая голову то влево на реку, то возвращаясь к своей бересте.
─ Так-так… ─ Белавка попробовала сделать то же самое: она выдвинула обе руки вперёд, имитируя держание бересты, затем повернула голову влево и посмотрела на реку, потом – опять на то место, где должна быть береста. ─ Ничего не понимаю… Что он ищет?
Осторожно передвигаясь по самому краю берега, она снизу смотрела на Бермятку, который то шёл вперёд, то останавливался.
─ Да где же эти чёртовы изгибы в виде буквы М? ─ воскликнул он, опуская руку с берестой и почёсывая затылок другой.
─ Изгибы в виде буквы М? ─ удивилась Беланка, не понимая о чём тот говорит. И тут до неё дошло. ─ Так он ищет изгибы реки в виде буквы М!
И, повернув голову к реке, тут же поняла. ─ Вот она, левая ножка буквы М! Затем идёт изгиб и вторая ножка буквы М…
Однако, то, что она сейчас лежала на берегу реки как раз в том месте, где река собирается менять направление, вдруг осложнило её дальнейшее передвижение – склон берега станет виден Бермятке. ─ Меня тут же обнаружат!
Конечно, хотелось ей также близко к Бермятке находиться и подслушивать его, но этого больше делать было нельзя. И наша разведчица решила спрятаться за кустиками и деревьями уже не на склоне берега реки, а на самом берегу.
Возможно именно то обстоятельство, что она не передвигалась какое-то время, даже выручило её. Дело в том, что Бермятка, пройдя несколько шагов вперёд и увидев второй изгиб реки, посчитал его за другую ножку буквы М. Поняв, что ему нужна серединка между этими ножками, он повернулся и пошёл назад. Если бы Белавка в это время шла по склону берега, Бермятка тут же бы её и обнаружил…
В свою очередь, увидев из своего места, как Бермятка возвратился назад, она облегчённо вздохнула… Но скоро начала улыбаться: Бермятка подошёл к краю обрыва, там где река делает свой поворот, и сделал шаг в сторону. Затем сделал два шага обратно и остановился. Посмотрел на бересту и снова сделал два шага в сторону.
─ Он что, решил танцевать на обрыве? ─ ехидно улыбаясь, она смотрела на то, как Бермятка никак не мог решить, где на местности находится точка перегиба буквы М. ─ Ну-ну, давай! Тра – ляля, тра – ляля, тра – ляля…
Но Бермятке в это время было не до смеха: поворот реки выходил на линию в три-четыре шага! Но по плану бересты, это должна быть точка перегиба, а фактически – несколько метров. Что-то высказав нехорошее и плюнув от досады по поводу реки, которая изменила свое местоположение с того времени, когда был произведён чертёж, он выбрал середину расстояния, и посмотрел на небо… Но не увидел Полярной звезды!
Подняв руки вверх и смотря на небо, вдруг обратился к богу. ─ Господи, Иегова, помоги найти Полярную звезду!
─ Кого он позвал? Иегова? ─ от удивления её рот раскрылся и сразу же расплылся в улыбке. ─ Да ты, у нас, милок, еврейчик?! Ну-ну, давай, продолжай… Посмотрим, что ты скажешь, когда наши узнают, что ты еврей!
─ Стоп, по коре можно узнать, где север! ─ произнёс он и начал осматривать дубы, которые по одиночке стояли на берегу реки.