Так получилось, что Маклейн не сочла ее стоящим пленником. Женщина, похоже, была уверена, что одного лишь Кроссмана будет вполне достаточно, чтобы заставить Инну слушаться. В общем-то, она была права – Мизуки видела, насколько сильны чувства в подруге, и понимала, что та и в самом деле сделает все ради него. Возможно, даже уничтожит мир.
Корабль чуть ускорился, и Мизуки почувствовала, как ее клонит в сторону. И все-таки Маклейн совершила одну серьезную ошибку. Ей стоило взять с собой и Мизуки тоже. Потому что теперь девушка могла прилететь на Землю и остановить их всех. И не стоит думать, что какие-то двадцать световых лет ей помешают.
– Быстрее, – процедила сквозь зубы Мизуки. В ушах у нее свистело.
– Если мы полетим еще быстрее, то просто разорвем все пространство на части, – заметил ависон, сидящий в чем-то наподобие гнезда на ветви рядом с пультом управления. – Мы и так двигаемся с максимально возможной скоростью. Будем у Земли через полчаса.
– За эти полчаса Андмор уничтожит половину человеческого населения, а Инна умрет!
– Мизуки, мы преодолеваем двадцать световых лет за два часа. Без этого корабля ты бы смогла достичь места назначения только через пару веков. Успокойся.
Девушка стиснула зубы и покрепче ухватилась за ветвь. Она понятия не имела, как устроен этот корабль и каким образом ему удается покрыть такое нешуточное расстояние за столь короткий срок. Но сейчас ей и этого недостаточно. Страшно представить, что мог натворить Андмор за те полтора часа, что прошли с момента отбытия Маклейн с пленниками.
– Начинаем торможение, – сообщил ависон.
Свист в ушах стал чуть тише. По-хорошему на такой скорости ее должно было размазать по стенке, однако что-то в корабле препятствовало этому. Но у Мизуки не было времени рассуждать. Да, они приближались к Земле, но она до сих пор не придумала более-менее внятного плана, и не знала, как спасти Инну от неминуемой смерти.
– Кто-то пытается пробиться на корабль, – вдруг сообщил ависон за пультом. – Судя по всему, квантовит.
– Вы его просканировали? – спросил другой ависон, сидящий в гнезде посередине мостика.
– Да. Стопроцентный квантовит со всеми вытекающими. Только… хм, имеет место некоторая нехватка B12 и других витаминов, что присуще вегетарианцам.
– Это Фера! – воскликнула Мизуки. – Он противник Андмора. Пропустите его, он может нам пригодиться.
– Ты уверена? – механически спросил голос одного из роботов-переводчиков. – Мне бы не хотелось впускать на корабль врага.
– Уверена, что, в крайнем случае, вы сможете справиться с одним квантовитом. Давайте же, он может нам помочь!
Ависоны переглянулись, но решили не спорить. Через пару секунд знакомая высокая фигура уже стояла на мостике.
– Спасибо, что впустили, – спокойно, как будто это просто визит вежливости, произнес Фера.
Мизуки спрыгнула с ветки на пол и подбежала к квантовиту. На какую-то секунду ей захотелось вновь вмазать ему, но потом она решила, что это уж слишком. Вместо этого она окинула его строгим взглядом:
– Что происходит?
– Андмор захватил Инну, Алистера и Эшли в плен. Агнета с Элин тоже подчинены ему. Его человеческая «армия» убивает ключевые фигуры по всему земному шару, а значит, вашему народу приходит конец. Пока что ситуация складывается далеко не лучшим образом.
– Что же нам делать? – расстроилась Мизуки.
– Как скоро вы будете у Земли? – Фера повернулся к ависонам.
– При такой скорости торможения – примерно через пятнадцать минут.
– Я не уверен, что у нас получится справиться с Андмором, раз он завладел оружием, но есть кое-что, о чем регулятор не догадывается. Я могу помочь вам… но только при условии, что после всего этого вы отдадите оружие мне.
– Как именно ты можешь нам помочь? – недоверчиво протянула Мизуки.
– Ты никогда не задумывалась, почему Элин носит очки?
– Задумывалась. Видимо, плохое зрение, а девушка настолько пуглива, что не дает никому, даже себе, прикоснуться к своим глазам.
– Вероятность плохого зрения у квантовита ничтожно мала. А уж если в глазные яблоки встроена записывающая камера, то тем более…
– Стоп, что? – перебила Мизуки. – Записывающая камера?
– Андмор использовал ее, чтобы наблюдать за происходящим в Форисе. Но я сейчас не о камере. А о кое-чем другом, что я поместил в нее много лет назад…