Вскоре Мизуки вернулась, села рядом, посмотрела на порез, из которого торчал нож и присвистнула:
– Как ты так умудрилась?
– Это не я, это Клод, – хмуро пробормотала Инна.
– Клод? – брови подруги взлетели чуть ли не до волос.
– Я тебе потом все объясню. А сейчас сделай что-нибудь.
– Я не медик, ты же знаешь, – с сомнением протянула Мизуки.
– Тогда сделай все, что сможешь.
Мизуки вздохнула так, как будто ей предложили поработать грузчиком. Тем не менее, она открыла небольшой чемоданчик и придирчиво осмотрела все, что там имелось. Флакончики, баночки, даже какие-то непонятные металлические штуковины… Мизуки принялась перебирать тюбики, читая надписи на них. Они все были на языке квантовитов, а потому об их предназначении можно было только догадываться.
– Я понятия не имею, что из этого нужно взять, – заявила Мизуки.
– Дай, пожалуйста, сюда, – попросила Инна.
– Ты успела выучить их язык?
– Немного, – призналась Инна. – У меня теперь много версий, и я могу суммировать знания, полученные ими.
– Чего-чего ты можешь? – не поняла Мизуки, но аптечку все же передала.
Инна придирчиво осмотрела арсенал чемоданчика, а потом уверенно взяла один тюбик и протянула его Мизуки. Та повертела его в руке, пытаясь понять, по каким признакам ее подруга определила, для чего он нужен. Ей этого так и не удалось, так что Мизуки, пожав плечами, протянула руку, чтобы вытащить нож, но Инна ее одернула:
– Не трогай!
– Почему? – Мизуки вздрогнула.
– Лезвие отравлено. Если порежется кто-то из людей, то ему сразу конец, – пояснила Инна и сама вытащила нож, после чего отложила его в сторону.
Мизуки принялась наносить мазь на рану, которая выглядела ужасно – разошедшиеся края кожи открывали вид на нечто красное. Плюс все место пореза жутко болело. Но, стоило лекарству коснуться поврежденной области, как боль начала утихать. Руку накрыло ощущение приятной прохлады. А всего через какую-то минуту после нанесения рана начала затягиваться. Вскоре не осталось даже шрама, и только лишь потеки крови напоминали о случившемся.
– Ничего себе, – пораженно протянула Мизуки.
Инна повертела рукой, убеждаясь в том, что та слушается. Слушать-то слушалась, но вот только все тело сковывала слабость. Слишком много крови она потеряла. Кажется, Клод ей рассказывал, как быстрее восстановиться после сдачи крови.
– Принеси мне попить и что-нибудь белковое, – попросила она.
Мизуки явно сгорала от нетерпения поговорить с подругой, а потому вскочила и вылетела из гостиной практически стрелой. Вскоре она вернулась с кружкой горячего чая и банкой консервированных бобов. Вручив их, Мизуки открыла рот и явно хотела что-нибудь спросить, но у Инны пока не было желания трепать языком. Потому она поспешила перебить:
– Ты первая рассказывай. Что с тобой произошло за это время?
Мизуки недовольно скривилась. Но вид у Инны был все еще достаточно слабый, а потому она без возражений принялась во всех подробностях описывать все то, что с ней произошло в последние дни. Когда Мизуки перешла к своему ночному пробуждению и женскому голосу, встревожившему ее, она понизила голос. Инна невольно задрожала:
– Что-то тут не так. Мизуки… тебе не кажется, что Фера вовсе не вегетарианец?
– Но зачем ему тогда убеждать нас всех в обратном?
– Чтобы вы доверяли ему. Не знаю, может, он и не на одной стороне с Андмором, но я бы не стала слепо полагаться на него. Скорее всего, та девушка была его ужином.
Теперь уже Мизуки задрожала. Инна доела бобы, допила чай и отставила пустые банку и кружку на столик. Сил немного прибавилось, и она уже даже хотела предложить Мизуки пойти осмотреть коридор, но в этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Фера вместе с Алистером. Последний был в одежде квантовитов, которая смотрелась на нем нелепо. Несмотря на то, что мужчина был достаточно высоким для человека, рубашка оказалась настолько велика, что дотягивалась чуть ли не до колен, а брюки висели мешком. Штанину Алистер подвернул, но все равно она изрядно мешала ему ходить – это не говоря уже о том, что ботинки гигантского размера болтались на его ноге. Еще мокрые после душа волосы немного завивались. Инна открыла рот, но мужчина ее перебил:
– Знаю, знаю, но я все равно подумывал бросить физику и стать рэпером. Как думаешь, сойдет за сценический костюм?
– Цвета очень скучные, надо бы поярче, – с серьезным видом заметила Инна.