В послепожарной Москве наряду с богатыми каменными домами вельмож широкое распространение получили небольшие особнячки со скромным портиком в центре главного фасада, чаще всего деревянные. Оштукатуренные стены фасадов украшали русты и замковые камни, делавшие эти дома похожими на каменные. Лепные украшения фасадов, различные «маскароны», «славы» и «купидоны», выполнялись из гипса и были высокого качества. Обычно их рисовали классные архитекторы Комиссии для строений Москвы, затем тиражировали и продавали на специальных строительных рынках, где можно было купить и потом собрать даже бревенчатый сруб. Часто эти дома строили по образцовым проектам, в которых регламентировалась только архитектура главного фасада. Планировку хозяин дома мог сделать любую. Поскольку эти образцовые фасады рисовали профессиональные архитекторы, их архитектурное качество было на высоком уровне.
Но не все дома подобного рода строились по образцовым проектам. Если позволяли средства, хозяин заказывал индивидуальный проект архитектору. Такой дом, ставший одним из выдающихся памятников послепожарной Москвы, возвел А. Г. Григорьев на Пречистенке. Его заказчиком был В. А. Лопухин, который решил построить дом для своих сыновей Дмитрия и Авраама. Авраам Васильевич Лопухин был известным в Москве поэтом и переводчиком. Дому, построенному в 1817–1822 годах, повезло: он дошел до нас практически без утрат и перестроек. Сегодня в нем Музей Л. Н. Толстого (Пречистенка, № 11).
Особняк Лопухиных. Общий вид
Деревянные стены дома оштукатурены, главный фасад украшает скромный, изысканных пропорций портик ионического ордера. Фасады почти лишены украшений, даже оштукатуренные колонны не имеют баз и стоят на гладком белокаменном цоколе. Поэтому еще отчетливей читаются два декоративных венка с лентами по сторонам портика и лепной фриз за колоннами фасада.
Традиционная анфилада комнат расположена вдоль главного фасада. В нее входят столовая-зал, большая и малая гостиные, парадная спальня. Во двор выходят окна антресольного этажа, в котором обычно и жили хозяева. В комнатах парадной анфилады чередуются помещения разной высоты, увенчанные декоративными сводами. Малую гостиную украшает декоративная арка, опирающаяся на маленькие ионические колонки искусственного мрамора. Интерьеры декорированы живописью, часто в технике гризайль, имитирующей лепнину. Кессоны на потолке вестибюля также живописные. Плафоны парадных комнат украшены яркой живописью, которая гармонирует с лепными фризами.
Фрагмент главного фасада
Комната Татьяны Львовны Толстой
Из приведенного описания невозможно понять, чем этот дом отличается от любого традиционного московского дворянского дома. Однако все исследователи московской архитектуры относят его к числу выдающихся образцов московского классицизма. Чтобы это почувствовать, лучше всего посетить дом и самому ощутить лаконичную красоту фасада, тонкую изысканность его декора, пропорциональность и теплоту помещений, полюбоваться немного наивной, но исключительно красивой живописью плафонов. Несомненно, это лучшее произведение А. Г. Григорьева.
Наконец пришло время рассказать о другом детище замечательных архитекторов Жилярди и Григорьева. Напротив дома Лопухина, на другой стороне Пречистенки, стоит усадьба Хрущевых-Селезневых, где расположен Государственный музей А. С. Пушкина (№ 12/2). Пречистенка была излюбленной улицей московской знати, своего рода «Сен-Жерменским предместьем» Москвы. Жившие в дальних и подмосковных имениях дворяне на Рождество съезжались в свои московские дома. «Помещики соседственных губерний почитали обязанностью каждый год, в декабре, со всем семейством отправляться из деревни на собственных лошадях и приезжать в Москву около Рождества… Каждого ожидал собственный деревянный дом, неприхотливо убранный, с широким двором и садом без дорожек…»
Дом Хрущевых-Селезневых. Старое фото
Самой старой постройкой на участке, занимаемом усадьбой, является небольшое двухэтажное кирпичное здание с наружной открытой лестницей. Характер архитектуры, сводчатые перекрытия и особенности кирпичной кладки говорят о том, что перед нами древние палаты XVII века, по предположению П. В. Сытина принадлежавшие боярину Федору Салтыкову. Усадьбой поочередно владели обер-президент главного магистрата С. С. Зиновьев, его брат коллежский советник Андрей Степанович, Елизавета Семеновна Сенявина, действительный камергер В. С. Васильчиков и, наконец, князь Ф. С. Барятинский. Приближенный императрицы Екатерины II, Федор Барятинский имел высокий придворный чин обергофмейстера, что по Табели о рангах соответствовало военному званию генерал-фельдмаршала. Барятинский в 1798 году покупает у Васильчикова усадьбу на Пречистенке. Примерно тогда же по московской традиции переулок стал называться Барятинским.
К этому времени на участке стояли большой деревянный дом на каменном подклете, на углу переулка и Пречистенки, и длинное двухэтажное здание вдоль переулка. После смерти в 1814 году князя Барятинского усадьба по его завещанию перешла к К. Ф. Петровской, которая продала ее гвардии прапорщику А. П. Хрущеву за 20 тысяч рублей. Цена была небольшая, так как деревянные строения усадьбы полностью погибли в пожаре 1812 года. Пострадала от пожара также стоявшая неподалеку Спасобожедомская церковь, которую, однако, быстро восстановили. «В феврале отдано подрядчику за вновь выстроенные на церкви стропилы 250 рублей… за промен растопившегося от пожара колокола дано 25 рублей». В годы советской власти церковь сломали и на ее месте, в глубине участка, в 1935 году построили типовое школьное здание.
Боковой флигель
План владения
Комиссия для строений строго следила за застройкой города и пресекала попытки самовольного строительства без соответствующего разрешения. По предписанию от 18 ноября 1815 года «гвардии прапорщик и кавалер» Александр Петрович Хрущев представил план новой усадьбы. На нем обозначен новый деревянный дом на старом белокаменном подклете. Дом был меньше сгоревшего, и на подклете удалось разместить еще и террасы. Кроме главного дома обозначены конюшни и небольшой изящный павильон на углу Чертольского переулка и Пречистенки. Впоследствии он был разрушен и восстановлен только в конце XX века.
Отметим еще раз, что жилые и парадные помещения главного дома были деревянными. Это вообще характерное явление для послепожарной Москвы, когда строить надо было быстрее и дешевле. Дом имеет два нарядных, различно решенных фасада. На Пречистенку выходит симметричный фасад с шестиколонным портиком ионического ордера. Центричность композиции подчеркивает мезонин с фронтоном. В переулок, который по имени нового богатого владельца стал называться Хрущевским, выходит прекрасный портик со спаренными, также ионическими колоннами, изящным лепным фризом за ними и террасой на белокаменном подклете. Она ограждена тонко нарисованной металлической оградой с белокаменными тумбами. Хотя некоторые декоративные элементы фасадов повторяют аналогичные детали других московских зданий, но размещены они на поле стены с исключительным мастерством, что делает дом подлинно уникальным. Реставратор М. В. Фехнер, много сил отдавшая возрождению дома, писала о нем, что поставленный на очень высокий каменный цоколь одноэтажный дом с мезонином кажется маленьким дворцом. Он возвышается над окружающей его двухэтажной застройкой, а широкие боковые каменные террасы с изящным ограждением придают ему внушительность монументального здания.
Дом Хрущевых-Селезневых. Фрагмент фасада
Описать великолепные интерьеры дома я не берусь, отмечу только их планировочную структуру. В самое нарядное помещение дома, танцевальный зал, освещенный восемью окнами, можно попасть из небольшой прихожей. За залом следуют большая гостиная с каминами и зеркалами над ними и угловая гостиная, окна которой выходят в сад. Рядом будуар с потолком в виде купола и три маленькие комнаты, через которые можно пройти в кабинет. Чередование низких служебных и высоких парадных комнат создает ощущение простора и вызывает удивление: непонятно, как в этом здании могли поместиться такие высокие и просторные комнаты.
Декоративное решение апартаментов исключительно красиво и разнообразно. Тут есть и яркая потолочная живопись, и роспись в стиле помпейских фресок, и лепные декоративные фризы, и скульптурные вставки на аллегорические темы, и многое-многое другое. Все это с исключительным мастерством выполнено по рисункам зодчих. Хрущев владел усадьбой двадцать восемь лет и скончался в 1842 году. Спустя четыре месяца умерла и его жена.
Следующими владельцами усадьбы стали почетный гражданин 1-го рязряда купец Алексей Федорович Рудаков и его жена Александра Ивановна, известные московские чаеторговцы. Через двадцать лет усадьбу со всем содержимым покупает отставной штабс-капитан Д. С. Селезнев, чей герб изображен на фронтоне фасада, выходящего на Пречистенку. Новый хозяин был участником двух турецких войн, кавалером ордена Почетного легиона. Его вдова следила за состоянием дома и несколько раз производила ремонт с частичной заменой нижних венцов сруба. Дочь Селезневых в 1906 году пожертвовала усадьбу московскому дворянству для устройства детского приюта имени своих родителей.
М.В. Фехнер