– Вы выручили Алмаза, государь? – оборвала его гневную тираду Джил.
– Да. Он здесь. А кто это с тобой?
– Это он, – почему-то хихикнула Джил. – Скорей уйдём отсюда, пока никто не проснулся.
Никто не стал спорить: и так слишком задержались в этом опасном месте, да и барабаны гномов звучали всё ближе, – и лишь когда отошли на приличное расстояние, Юстас спросил:
– Кто он? О чём ты?
– Тот, кого выдавали за Аслана, – рассмеялась Джил.
– Что? – воскликнул Тириан. – Где ты была?
– Ну, государь, – начала она извиняющимся тоном, – когда вы сняли часового, я решила, что неплохо бы заглянуть в хлев и узнать, что же там на самом деле, и поползла вперёд. Войти было легче лёгкого – просто откинуть засов. Конечно, там было темно, хоть глаз выколи, а пахло… как во всяком хлеву. Я зажгла спичку, и – представьте себе! – там не было никого, кроме старого осла в львиной шкуре, привязанной верёвочками по бокам. Я вынула нож и велела ему идти за мной. Собственно, ему и угрожать-то не имело смысла: он был по горло сыт хлевом и сам пошёл бы куда угодно. Правда, Лопух?
– Вот это да! – воскликнул Юстас. – Провалиться мне на этом месте! Я так рассердился на тебя, даже думал, что ты потихонечку от нас смылась, но, должен признать, ты молодчина. Будь она мальчиком, её следовало бы посвятить в рыцари, не правда ли, ваше величество?
– Будь она мальчиком, – сказал Тириан, – её следовало бы высечь за неповиновение приказу.
Лица его в темноте никто не видел, и было непонятно, в шутку он это сказал или всерьёз, – а в следующую минуту раздался скрежет металла.
– Что вы задумали, государь? – быстро спросил Алмаз.
– Собираюсь отсечь проклятому ослу голову, – произнёс Тириан страшным голосом. – Отойди, девочка.
– О нет, пожалуйста! – взмолилась Джил. – Правда, не надо. Он не виноват. Это всё проделки обезьяны. Он милейший ослик, его зовут Лопух.
– Джил, ты хоть и храбрейшая из всех моих подданных, но уж больно дерзкая и непокорная. Ладно, пусть живёт. Что сам-то скажешь, осёл?
– Что скажу? – послышался голос осла. – Я, право же, сожалею, что вёл себя неправильно. Хитр сказал: Аслан хочет, чтобы я так нарядился – а он лучше знает. Я гораздо глупее его и делаю только то, что мне скажут. Мне не было никакой радости жить в хлеву. Меня выводили только на минутку-другую, и то ночью, а иногда даже воды принести забывали.
– Государь, – проговорил с тревогой в голосе Алмаз, – эти гномы всё ближе. Хотим ли мы с ними встретиться?
Тириан на мгновение задумался, потом вдруг громко расхохотался и заговорил, уже в полный голос:
– Клянусь львом, я стал тугодумом! Встретиться с ними? Конечно, и не только с ними – со всеми. Пусть все увидят этого осла. Пусть увидят, чего они боялись и чему поклонялись. Мы расскажем им правду о подлом заговоре. Тайна раскрыта. Завтра мы повесим этого плута Хитра на самом высоком дереве Нарнии. Довольно шептать, прятаться, переодеваться! Где эти достойные гномы? Мы принесём им добрую весть.
Если вы часами шептались, звук обычного голоса производит удивительное действие. Все сразу заговорили и засмеялись, даже Лопух поднял голову и издал громкое «иа-иа-иа», чего Хитр не позволял ему много дней подряд. Затем вся компания направилась туда, откуда раздавался барабанный бой, который становился всё громче и громче. На просёлочной дороге (хотя в Англии её едва вообще назвали бы дорогой), что тянулась через Фонарную пустошь, они увидели свет факелов. Около тридцати гномов бодро шагали вперёд, и каждый нёс на плече крохотную лопату или кирку. Двое вооружённых тархистанцев возглавляли колонну, и двое – замыкали.
– Стойте! – загремел Тириан, преграждая им путь. – Стойте, солдаты. По чьему приказу и куда ведёте вы этих нарнийских гномов?
Глава седьмая. В основном о гномах
Солдаты, возглавлявшие колонну, решили, что перед ними знатный вельможа или тархан с двумя вооружёнными пажами, поэтому вытянулись и отсалютовали копьями.
– О, наш господин, – сказал один, – мы ведём этих карликов в Тархистан, в рудники Тисрока (да живёт он вечно).
– Клянусь великой Таш, они весьма послушны, – сказал Тириан и обернулся к гномам. Каждый шестой нёс фонарь, и в мерцающем свете король увидел бородатые лица, смотревшие на него исподлобья. – Быть может, Тисрок выиграл великую битву, гномы, и завоевал вашу страну, что вы так покорно идёте умирать в соляные копи Паграхана?
Солдаты уставились на него свирепо и удивлённо, однако гномы ответили хором:
– Приказ Аслана, приказ Аслана. Он продал нас. Что можем мы против него?