— Галлагер, — обратилась к нему Катрина, и в тени блеснули два сапфировых глаза. — Защитите Джульетт. Не только от лордоков. Но и от Уайтрока.
— Слыхал? Уже поселяет между нами раздор, — хохотнул Уоллес. — Зря стараешься, дорогуша. Мы не такие тупые, как кажется.
Галлагер хлопнул его по плечу:
— Ладно, пойдем. Много дел предстоит. Для начала свяжемся с сэром Марлоу. Может быть, он что-то прояснит.
Услышав это, Катрина даже подалась вперед. Послышаться ей не могло.
— Свяжетесь с сэром Марлоу? — изумленно повторила наёмница. — Он же погиб. Галлагер! Он же погиб!
Галлагер и Уоллес молча переглянулись и ушли.
Глава 8. Орден
Теплый августовский день стоял в самом разгаре, когда Уоллес возвращался к семейному особняку Смитов, что возвышался на холме, наполовину заросший плющом. Обители Уайтрока, под которой располагались подземные коридоры штаба фонарников.
Отсюда простирался вид на деревню Розингс-Мид, теснящуюся в полумиле к югу и на единственную дорогу, сбегавшую вниз по холму. Если приглядеться, у самой линии горизонта вдали синела бледная полоска моря, а в противоположной стороне среди зеленых полей в жарком мареве высились руины аббатства, где Уоллес и Галлагер нашли Катрину и Джульетт.
В округе понятия не имели, что здесь таился оплот светоносцев, защищавших род живых от вампиров. В здешних местах Уайтрока знали только как окружного судью лорда Смита. У него имелся и длинный судейский парик из белого конского ворса, положенный для ношения согласно специальному регламенту. Особенности английской правовой системы наделяли судей огромной властью. Правосудие в этой стране веками вершилось не судом, но личным решением судей. И это давно наложило отпечаток на личность Уайтрока.
Джером копался в переметных сумках вороной лошади Катрины Вэллкат под стенами особняка, который вместе с пристройками образовывал внутренний двор. Послеполуденное солнце блестело золотом в переливах лоснящейся черной шерсти. Седло и кожаные ремни сильно нагрелись. Пристегнутый к седлу килидж в ножнах, инкрустированных драгоценными камнями, переливался сиянием сапфиров и топазов.
Увидев Джерома, неспешно бредущий Уоллес свернул с дороги и направился к нему через двор, похрустывая сухим щебнем под ногами.
— Что делаешь, парень? — издали поинтересовался он.
— Лорд Смит сказал обыскать вещи пленницы, — отозвался Джером, прикрывая глаза от солнца, затем пожал плечами. — Он думает, может, найдется что-то, что поможет понять план лордоков.
Уоллес остановился возле лошади. Рассмотрел её получше и погладил по шее.
— И как, нашел что-нибудь интересное?
— Только карту да две коробки патронов. Серебряных и обычных. Странный меч весь в драгоценностях. И ещё это.
Джером осторожно вытянул из сумки тяжелый самозарядный Браунинг. Длинный объемистый пистолет. С литыми линиями и коротковатой рукоятью. Сверкающий на солнце холодным металлом.
Уоллес озорно присвистнул:
— Опасная вещь!
Парень провел большим пальцем по ажурным буквам «NF» на рукоятке, продолжая завороженно разглядывать пистолет, потом поднял глаза на Уоллеса:
— Как думаешь, зачем ей коробка серебряных пуль?
— На случай встречи с образными, не иначе. Они боятся уподобившихся образу волка. Поэтому нападают первыми. Отстреливают, пока оборотни не напали. У них какие-то разногласия. К счастью, у нас образных не водится. Ну-ка дай-ка сюда пистолет.
Уоллес умело подхватил пистолет в ладонь, покачал, проверил на вес, прицелился в землю:
— Выпущен в 1903 году. Его называют ещё Браунингом номер 2. Бельгийский. Дорогая вещь. Во всём лучше прошлой модели.
Уоллес понюхал окошко для гильз в стволовом коробе и тут же достал магазин на девять патронов. Нескольких недоставало.
— Похоже, недавно она из него стреляла.
— Что это значит? — насторожился Джером.
— Пока не знаю, но пули заправлены обычные.