— Мое мнение на этот счет ты знаешь. А чего ты не любишь?
— Тараканов, Дурика, немытых женщин и помидорового супа.
— Я сегодня принимала ванну.
— Я могу считать твои слова приглашением?
— Я уже сказала тебе, что не люблю глупых вопросов.
— Не знаю, в какой степени это только игра.
— Ты хотел бы, чтобы я битый час рассказывала тебе о том, что я боюсь, чувствую себя одинокой и покинутой, что мне нужна опора, и тогда ты стал бы меня утешать, сел рядом и прижал к себе, мечтая, чтобы погас свет. Ты слушал бы с удовольствием мои слова, что ты необычайный мужчина, что такое случилось со мной первый раз в жизни. Еще ты бы деликатно уверял меня, что не считаешь меня падшей женщиной, хотя мой муж умер совсем недавно.
— У тебя есть более интересное предложение?
— Конечно. Чтобы избежать этой глупой сцены, я вынуждена попросить тебя, чтобы ты сел рядом и поцеловал. Меня немного волнует, что с этого выйдет. Но помни — что бы ни случилось, не гаси свет.
Коллингс был сконфужен. Не так воображал он сегодняшний вечер. Он робел перед Джейн. Она знала об этом и забавлялась ситуацией. Он был зол на себя за то, что оказался в глупом положении, но не смог придумать ничего умного, так как близость ее тела оказывала на него магическое действие. Джейн охватила ногами его торс и притянула к себе. Длинными пальцами она прикоснулась к его подбородку и всмотрелась в его лицо.
— У тебя мужественный вид. Скажи, что ты не считаешь меня чудовищем.
— Ты чудесная женщина, Джейн.
— Я рада, что ты так считаешь. У тебя есть постоянная партнерша?
— Нет. Хотя... их несколько.
— Не бойся, я не претендую на твою руку, но хочу, чтобы ты был со мной до конца рейса.
— Буду.
— Ты не позволишь, чтобы мне причинили зло?
— При мне ничего плохого с тобой не случится.
Джейн начала расстегивать пуговицы его рубашки. Прикосновение ее пальцев вызвало в нем дрожь возбуждения. Они любились быстро, с жадностью. Коллингс почувствовал себя восхитительно расслабленным, к нему вернулась уверенность в себе. Джейн притихла. Он ощущал тепло ее губ, которыми она ласкала его грудь. Он закурил, Джейн тоже протянула руку к пачке сигарет.
— Останешься до заступления на вахту?
— Не стоит, разбужу тебя без необходимости.
— Жаль. Ты помнишь свое обещание?
— Конечно.
Коллингс начал одеваться.
— Хочу, чтобы ты мне приснился, сказала она.
Она протянула к нему руки, и они поцеловались на прощание.
Сразу после вахты Коллингс пошел позавтракать в кают-компании. Джейн, в виде исключения, присутствовала за столом. Вела она себя абсолютно естественно, раз только обменявшись с ним многозначительным взглядом. После завтрака Коллингс подошел к Напоре.
— Я хотел бы поговорить с вами.
— Прошу в мою каюту.
Поляк пропустил его в двери, показал рукой на кресло, сам уселся напротив. Коллингс помолчал немного, раздумывая, как начать разговор. Не хотел, чтобы его вопросы прозвучали бесцеремонно.