– Что вы здесь делаете?
Голос мой напоминал скорее сиплое кваканье. Уорд улыбнулась:
– Мы тоже рады вас видеть.
– Я… – Мне пришлось сглотнуть в попытках увлажнить рот. – Я хотел сказать, разве вам не пора спать?
– Я пробовала. Скучно, – беззаботно отозвалась она, но по лицу ее промелькнула тень. Уорд устало улыбнулась. – Я в порядке. И потом, некогда было – вызволяя вас из очередной неприятности.
Я попробовал сесть, но сразу отказался от этого.
– Какой сегодня день?
– Пятница.
Ну да. Я и забыл, что спрашивал уже об этом у медсестры, когда пришел в сознание утром. Мысли еще путались, однако я помнил, что явился к Лоле в среду. Целый день выпал.
– Как вы себя чувствуете? – спросила Уорд.
Свет причинял боль глазам, а краски казались слишком яркими. Любое движение требовало значительных усилий, словно тело было чужим. Ко всему прочему, я ощущал себя слабым, как котенок, и болело у меня абсолютно все. Больше всего, правда, бицепс и туловище – в местах, на которых белели противоожоговые повязки с торчавшими из-под них проводками электрокардиографа. Провода тянулись к стоявшему у изголовья монитору.
– Нормально, – ответил я.
– Многое помните?
Лола. Черная трубка.
– Достаточно.
– Можете рассказать нам, что случилось? – произнесла Уорд, наливая мне стакан воды.
Я не был уверен в этом, но постарался. Время от времени я прерывался, чтобы попить, а еще раз зашла сестра проверить мою температуру и давление, но мне все же удалось сообщить им то, что я помнил. Вплоть до момента, когда я потерял сознание на полу у Лолы.
– Наверное, вы этого сейчас не чувствуете, но вам сильно повезло, – промолвила Уорд, в очередной раз наполняя стакан водой. – Штука, которой она пользовалась, называется «пикана». Вроде мощного электрошокера, только на порядок опаснее. Эту переделали так, чтобы ее можно было перезаряжать; обычно они подпитываются от сети. Когда она использовала ее на вас, пикана уже изрядно разрядилась.
Мне так не показалось.
– Она сказала, что ее привез муж из Южной Америки.
– Мы знаем. Судя по всему, разные одиозные режимы в семидесятых годах пользовались ими для пыток, но в наших краях я впервые вижу такую. Она хранила ее под половицей в спальне. Мы прохлопали ее при первом обыске, но, честно говоря, тогда и не искали ничего подобного.
– Как вы меня нашли? – Мне удалось приподняться. На мне не было ничего, кроме больничного халата, но меня это не смущало.
– Скажите спасибо Джеку. Когда он получил вашу эсэмэску, а потом не смог дозвониться до вас, то обзвонил соседей Ленноксов. Одна из соседок сказала, что Лола точно дома. Та не отозвалась на стук, Джек вышиб дверь и обнаружил вас на полу.
– Думал, вы умерли, – вздохнул Уэлан.
Я тоже.
– Как вы догадались, что я там?
Уорд поднялась:
– По-моему, мы вас достаточно утомили. Отдыхайте. Продолжим разговор завтра.
Я хотел бы задать еще несколько вопросов – ну, например, зачем Уэлан собирался встретиться со мной в Сент-Джуд. Но стоило мне открыть рот, чтобы возразить, как на меня навалилась жуткая усталость. Глаза вдруг начали слипаться. Я опустился на подушку, а Уорд и Уэлан вышли из палаты.
– Вы так и не сказали ему о ней, – услышал я голос Уэлана, на что Уорд ответила: «Потом». Но к этому времени я слишком хотел спать, чтобы размышлять об этом.