Я отошел от серванта, старательно скрывая охватившее меня волнение.
– Когда он остался без передних зубов?
Мой вопрос, похоже, не удивил ее. В руке Лола держала свернутую трубкой газету, но кошелька я не увидел.
– В шестнадцать лет.
– В таком возрасте это болезненно. Как это случилось?
– Их выбил ублюдок, называвший себя его отцом. Он говорил, что случайно, но мне-то лучше знать.
По спине снова пробежал холодок. Я и раньше предполагал, что обладатель зубного протеза остался без передних зубов в результате насильственного действия. Зубы, выбитые алкоголиком-отцом, намеренно или нет, полностью соответствовали этой версии.
– Он носил мост или протез? – спросил я.
– А вам-то что?
Теперь в голосе Лолы явственно звучало подозрение. От необходимости отвечать меня спас телефон, который снова зазвонил.
Лола усмехнулась:
– Отвечать что, не будете?
Я достал телефон из кармана. Уэлан. Вероятно, он получил мою эсэмэску, но говорить с ним сейчас я не мог. Я нажал отбой и, прежде чем убрать телефон в карман, перевел его в бесшумный режим.
– Что, не хотите говорить с ними?
– Может подождать.
Лола продолжала смотреть на меня с хитрой улыбкой. Я вдруг ощутил тревогу; инстинкт почти кричал: «Убирайся отсюда, немедленно!» Но ведь все это вздор, правда? Она старая женщина. И потом, все это зашло слишком далеко.
– Кто был в постели, Лола?
– О чем вы?
– Это был не Гэри, правда?
– Думаете, знаете все, да?
Нет, всего я не знал. Однако начинал догадываться.
– Гэри умер, да? – тихо промолвил я.
Губы Лолы дрогнули, взгляд скользнул по фотографиям на серванте. По морщинистой щеке стекла слеза, потом другая.
– Это был мой мальчик, – прошептала она. – Мой славный мальчик.
Несмотря ни на что, мне было ее жаль.
– Я знаю, вы хотели защитить его, но это невозможно. Теперь уже невозможно, – мягко произнес я. – Все кончено.
– Кончено? – огрызнулась Лола. – Думаете, это может закончиться? Моего Гэри нет! И все из-за них… из-за этих троих подонков! Да они его башмаки лизать недостойны! – Она смахнула слезы тыльной стороной ладони.
Я услышал достаточно. Борясь с тошнотой, я потянулся к телефону.
– Я звоню в полицию, Лола. Вы должны рассказать им, что сделал Гэри.
– Что он сделал? – Рот ее скривился в ухмылке. Она шагнула ко мне, продолжая сжимать в руке газету. – Говорила я уже: мой Гэри был хороший мальчик. Он и мухи не обидел бы.