Я смотрел на снимки, но не видел их. Напряжение после разговора с Ланди не позволяло думать ни о чем ином.
Рэйчел выжидательно смотрела на меня.
– Что с вами? Что-то не так?
Спроси ее прямо.
– Когда пропала ваша сестра… вы были здесь? В Англии?
Она ответила озадаченным взглядом:
– Да. Приехала на свадьбу подруги. В Пул.
– Ланди, похоже, считает, что вы в то время были еще в Австралии.
Я заметил, как изменилось выражение ее лица: удивление переросло в нечто иное, она вспыхнула.
– Ничего подобного. Я тогда постоянно общалась с полицией.
– Хорошо. – Теперь она отводила взгляд. – Я только спросил, почему этого не знал Ланди.
– Возможно, потому, что я разговаривала не с ним, а с каким-то констеблем. Он не способен помнить каждую деталь. Или посчитал неважным. Он всего лишь инспектор. Что он может знать?
Не надо было начинать этот разговор.
– Я только хотел…
– Если надо, могу раскопать счета из гостиницы. Можете ознакомиться с моим авиабилетом. – Рэйчел не давала мне возможности ответить. – Вы серьезно? Вообразили, что я что-то сделала Эмме? Или Лео Уиллерсу? Или им обоим?
– Разумеется, нет.
– Тогда почему спрашиваете?
Ее лицо потемнело. Казалось, она вот-вот разразится слезами. Но скорее от злости, чем от чего-либо еще.
– Потому что… – Потому что должен был. Потому что мне задурили голову. – Это была ошибка.
– Ошибка?
На лестнице послышался звук. Видимо, привлеченный шумом, к нам поднялся Джемми. Бросил на меня равнодушный взгляд и повернулся к Рэйчел.
– Все в порядке?
– В порядке.
Он снова покосился на меня и пошел вниз. Когда я поднимался на ноги, мое лицо пылало.
– Мне, пожалуй, пора.
– Думаю, да.
Мы молча спустились по лестнице. Когда Рэйчел открывала входную дверь, багрянец на ее щеках превратился в два пятна. Я колебался.
– Я завтра возвращаюсь в Лондон.
– Вот как? – Что-то мелькнуло в ее лице, но оно тут же закрылось. – Эндрю выставит вам счет за проживание в эллинге. Дверь заприте, а ключи опустите в почтовый ящик.
Потрясенный, я вышел в сырую ночь. Что бы я сейчас ни сказал, это только усугубит ситуацию. Но мне было невыносимо расставаться вот так. Порывистый ветер нес с собой угрозу нового дождя и привкус морской соли. Я повернулся к ней.