— Надеюсь, прибудет.
Я тоже надеялся.
Вскоре я откланялся. Я не ел, и от алкоголя на пустой желудок голова пошла кругом. В один миг на меня обрушились все события последних суток. Глаза закрывались.
Эллен по-прежнему хлопотала за барной стойкой, когда я направился прочь, делая неимоверные усилия. Не думал, что она меня заметила, но тут донесся ее голос:
— Дэвид! — Она поспешила из бара к лестнице. — Извините, я не успела приготовить вам поесть.
— Ничего. Я уже иду спать.
— Принести вам что-нибудь в номер? Суп или сандвич? Эндрю присмотрит пока за баром.
— Спасибо, не надо.
Сверху послышался скрип половиц. Мы подняли глаза и увидели Анну. Она стояла в ночной сорочке, бледная и заспанная.
— Я же запретила тебе спускаться вниз, — сказала Эллен, когда дочка подошла вплотную.
— Мне приснился дурной сон. Ветер унес девочку.
— Какую девочку, дорогая?
— Не знаю, — жалобно ответила Анна.
Эллен обняла ее:
— Это всего лишь сон, забудь о нем. Ты поблагодарила доктора Хантера за шоколадку?
Анна задумалась, затем покачала головой.
— Так сделай это сейчас.
— Но я ее уже съела.
Эллен переглянулась со мной, сдерживая улыбку.
— Ты все равно можешь сказать спасибо.
— Спасибо.
— Вот и молодец. Теперь поднимайся, юная леди, и в постель.
Девочка зевала и засыпала на ходу. Она оперлась о мамины ноги.
— Я не могу идти.
— А я не могу тебя нести. Ты слишком тяжелая.
Анна подняла голову и окинула меня оценивающим сонным взглядом.
— Зато он может.
— Нет, детка. У него болит рука.
— Ничего. Я справлюсь, — уверил я. Эллен с сомнением посмотрела на повязку. — Буду рад помочь. Правда.
Я поднял Анну. Волосы пахли шампунем. Девочка уткнулась носом мне в плечо, как делала моя дочь. Держать ее было грустно и в то же время утешительно.