— Это место преступления. Но если желаете объяснять Уоллесу, почему оставили его без присмотра, дерзайте.
Дункану стало неловко.
— Я не против побыть здесь еще.
— Ты был на службе всю ночь! — выпалил Броуди, не успел Фрейзер и рот открыть. — Уверен, сержант Фрейзер не стал бы заставлять юного офицера выполнять работу, которая не по плечу ему самому.
Фрейзер сморщился.
— Ладно. Но ты должен вернуться не позже шести, — заявил он и ткнул Дункана пальцем. — Будем караулить всю ночь. — Сержант бросил на Броуди торжествующий взгляд. — Мы ведь не можем оставить место преступления без присмотра, верно?
Броуди стиснул челюсть, но ничего не сказал Фрейзеру, который важной походкой зашагал к фургону. Затем улыбнулся по-прежнему обеспокоенному Дункану:
— Идем, сынок. Тебе не помешает душ, извини за откровенность.
Я сел в «рейнджровер» вместе с констеблем, а Броуди последовал за нами на своей машине. Укрыться от дождя и ветра было сущим блаженством. Плечо болело — видимо, я задел его, выскакивая из коттеджа. Я откинул голову и закрыл глаза. В следующее мгновение Дункан будил меня за руку.
— Доктор Хантер! Остановимся?
Я заморгал. Впереди у дороги стоял «порше-кайен», который я видел у дома Страчана. Рядом сигналила Грейс, легко узнаваемая в своей куртке с капюшоном.
— Да, пожалуй.
Ветер нещадно развевал ее волосы. Я опустил окно.
— Дэвид, слава Богу! — сказала она, широко нам улыбаясь. — Тут такая неурядица: я выехала в деревню, а в машине закончился бензин. Вы меня не подбросите?
Я замялся, вспомнив, что за задним сиденьем видны пакеты с уликами. Сзади остановился Броуди: дорога была слишком узкой, чтобы обогнать нас. Подумал, не предложить ли ей сесть к Броуди, но вспомнил, какие прохладные отношения у него со Страчаном.
— Если сложно, я дойду пешком, — сказала Грейс, продолжая улыбаться.
— Нет! — выпалил я и повернулся к Дункану: — Не возражаете?
— Да, это здорово. — Констебль впервые видел жену Страчана. — То есть, конечно, нет проблем.
Я пересел на заднее сиденье, уступив переднее Грейс вопреки ее протестам. Тонкий мускусный запах духов наполнил салон, и я едва сдержал улыбку, увидев, как Дункан расправил плечи и выпрямил спину.
Грейс ослепительно улыбнулась, когда я его представил.
— Вы, должно быть, тот самый молодой человек, который дежурит в фургоне?
— Да.
— Бедняга, — сказала она и участливо похлопала его по руке.
Даже с заднего сиденья я заметил, как у Дункана покраснели уши. Грейс, наверное, и не осознавала, какое сильное производит на него впечатление. Она повернулась ко мне, а констебль попытался сосредоточиться на дороге.
— Спасибо, что остановились. Так идиотски себя чувствую: закончился бензин. На острове нет заправки, так что приходится самим заливать из канистр. Я точно помню, как на прошлой неделе Майкл говорил, что наполнил бак. Или на позапрошлой? — Она на секунду задумалась. — О, ладно. На будущее надо научиться проверять расходомер.
— Где вас высадить? — спросил я.
— У школы, если не сложно. У меня сегодня утром урок рисования.
— Брюс Камерон будет там?
— Думаю, да. А что?
Не вдаваясь в подробности, я рассказал, что произошло в коттедже и почему нам нужно воспользоваться клиникой.