Читать книгу «Юродивый Гавриил (Ургебадзе), преподобноисповедник» онлайн.
Отец Гавриил часто поучал своих посетителей и внушал им:
— Каждый грех — вражда против Бога, поэтому презирайте грех, но грешного жалейте и по отношению к нему проявляйте доброту.
В связи с этим приходит на ум воспоминание матушки Тебронии:
«Я ехала в Тбилиси по делам, увидела, что отец Гавриил раньше меня вышел из монастыря. Я вошла в автобус на остановке у монастыря, а отец Гавриил вошел раньше, у почты. Наверно, до появления автобуса он решил прогуляться пешком. Мы сидели на одном сиденье. Немного погодя он дал мне все деньги, какие имел в кармане, — шесть рублей с мелочью, и попросил меня сохранить их до конца поездки.
Мы вышли из автобуса на автостанции Дидубе и вошли в метро. Мы должны были выйти на станции „Площадь свободы“. Вагон метро был так переполнен людьми, что мы еле вошли в него. Отец Гавриил стоял лицом к дверям вагона.
Вскоре я увидела, что молодой человек, который стоял позади монаха, сунул руку ему в карман. Меня охватило какое–то чувство то ли удивления, то ли отвращения, не вытерпела; я и с грозным выражением, не говоря ни слова, оттолкнула руку вора. Он ничего не сказал, но надвинулся на меня и уставился странно блестящими черными, узкими глазами. В это время отец Гавриил сказал несколько слов о любви, повернулся, обнял преступника, прижал к себе и поцеловал в лоб. Никто ничего не мог понять.
Вы бы видели, что случилось с этим человеком. Сам он был крупного сложения, а от радости начал прыгать как ребенок. Обрадованный, громко говорил: «Меня благословил отец, меня благословил отец» — и при этом смотрел в сторону, на каких–то людей. Я посмотрела туда и узнала карманника из моего района. Этот человек был настолько в восторге от радости, что на следующей остановке друзья взяли его под руки и так вывели из вагона».
Монашество — внутреннее призвание
Лаша Гогсадзе вспоминает:
«Оставаясь наедине со своими мыслями, я часто думал: что лучше, стать монахом или быть мирянином и создать семью. О монашеской жизни я знал из книг и бесед. Наверно, все жившие религиозной жизнью православные христиане согласятся, что чтение литературы о монашестве и опытных духовных отцах очень привлекательно.
Однажды я посетил отца Гавриила. Когда я подошел к нему для благословения, монах сразу начал беседовать со мной об этом:
— Если у тебя душа не тянется к монашеской жизни, то твое монашество Богом не предрешено. Если ты хочешь создать семью — женись, только знай, соблюди все правила.
Для меня с того момента стало ясно, что мне „приключения“ монахов нравились внешне, а для усердного служения, какое требовалось для этого, я не был готов».
Все, что дано Богом, — добро
Лаша Гогсадзе вспоминает:
«Мы с моими коллегами–врачами пришли к отцу Гавриилу. Он после немногих расспросов начал говорить о том, что, казалось, для нас было не очень–то проблематично. Отец Гавриил тщательно разъяснял и учил, что нельзя возненавидеть пищу, данную Богом, что это является грехом и большим недостатком для человека. В подтверждение этой мысли отец Гавриил даже приводил соответствующие стихи из Священного Писания.
Я и мои коллеги были удивлены, почему монах так усердно и подробно беседует с нами на эту тему. Когда отец Гавриил кончил говорить об этом, благословил нас и пожелал доброго пути. Когда мы вышли, один из наших товарищей, который впервые был у отца Гавриила, с беспокойством сказал, что он с восемнадцатилетнего возраста отказался от мяса и возненавидел его, а вместе с мясом и другие продукты».
Смирение приближает к Богу
Отец Гавриил всегда уделял особое внимание добродетели смирения. В связи с этим важно воспоминание Нели Бобохидзе.
«Однажды я находилась в большом затруднении. Мы с несколькими близкими пришли к отцу Гавриилу. Все спешили сказать что–то свое. Я подумала про себя: „Может, они находятся в большем затруднении, чем я“, — и отступила назад. Только я об этом подумала, как отец Гавриил, который сидел спиной ко мне, вдруг обернулся, посмотрел на меня и сказал:
— Как ты близка к Христу.
Я застеснялась, что он такую малость так высоко оценил».
«Их молитва сочтена за грех»
Татьяна Цомая вспоминает:
«С большой любовью вспоминаю монастырь Самтавро и каждый день пребывания в этой святой обители. Был такой случай: по обыкновению, мы присутствовали вместе с сестрами в часовне монастыря на утренней молитве, которая по Типикону начиналась до рассвета. Во время молитвы псаломщице, читавшей молитву, другая псаломщица сделала замечание, что она не должна была читать эту молитву. На это замечание последовал обратный ответ от чтицы, и дело, можно сказать, переросло в спор. В это время дверь часовни открылась, и с жезлом в руке, с грозным выражением вошел отец Гавриил и прогремел мощным голосом:
— Мне явилась Богоматерь и сказала: „Их молитва сочтена за грех!“ Теперь просите друг у друга прощения!
Отец Гавриил был настолько строг, что все мы испугались и как–то почувствовали себя виноватыми. Обе сестры поклонились друг другу и полюбовно обнялись. После этого отец Гавриил совершенно изменился, всех обвел любовным взглядом и оставил часовню».
«Тебя ждет большая опасность»
Мзия Кавшвая вспоминает: