– А что за пассажир? – вдруг вспомнил я. – Я плыву один.
– Слушай, вот все тебе надо испортить, а! И волосы новые не нравятся и то ему не так. Скажи спасибо, что Первородный тебе брови не покрасил! А он мог, поверь мне! Да и вообще, имей терпение. Это мне любой корабль – алтарь. Остальным сложнее, – ответила мне Оранса, высматривая кого‑то на причале.
Я присоединился к богине ветров и тоже устремил свой взгляд на берег. Мое сердце пропустило несколько ударов, когда я увидел пробивающуюся сквозь толпу грузчиков и матросов фигуру, а уже в следующий миг – сбегал по трапу обратно на берег.
Мне на встречу, ускоряя шаг – да почти переходя на бег – спешила Лу.
Мы остановились в шаге друг от друга.
– Почему только сейчас? – спросил я, глядя в фиолетовые глаза богини.
– Ты встречал их? Безликих в бездне? – тихо спросила Лу.
Я утвердительно кивнул.
– Мы защищали Пантеон, были в осаде. Пал открыл на пару мгновений завесу, чтобы дать тебе это, – она кивнула на перчатку, – и вернуть посох. Ну и выпустить несколько младших богов, которые были нужны тут, в мире людей.
– Тебя и Орансу?
Лу кивнула.
– В том числе.
– И у богов есть для меня задание? Ты поэтому здесь?
Богиня отрицательно покачала головой.
– Я решила вернуться, потому что они все равно придут, как бы я тебя не прятала от них. Уже нашли. Так зачем мне сидеть в Пантеоне, если я могу быть здесь?
Воздух между нами дрожал от напряжения.
– И ни единого приказа, подвоха, договора от Матери? Ничего? – с недоверием спросил я.
– Ничего. Богам сейчас не до того. Старшим, во всяком случае. А это – просто подарок от Пала, – Лу кивнула на латную перчатку, которой я сейчас сжимал посох. – Он на самом деле тебе покровительствует и надеется, что ты переживешь войну с Единым тут, в мире людей.
От Лу исходили волны сожаления. Я, уже почти забыв, как это делается, потянулся к разуму богини ментальной магией и она охотно мне открылась. Меня моментально окатило волной чувств и образов: от воспоминаний о совместных патрулях с Орансой, до глубокого сожаления о смерти Илия. Она все же пришла попрощаться со старым жрецом – фигура, которую я видел в дали. Это была Лу, хотя я подумал, что мне просто померещилось.
Ощутил я и страх, который она испытала, когда узнала о нападении на мой корабль. Как побежала в пантеон просить о заступничестве у Старших, как встретила богиню‑покровительницу мореходов. Как Оранса мне помогла. Так это значит, меня из морской пучины вытащила она, я не сам выплыл?
На секунду меня кольнуло сожаление, что богиня не помогла старому графу, но быстро себя одернул: Лу просила только за меня, а не за моих спутников. Хотя Оранса, вроде как, проследила за тем, чтобы выжил и Орвист с Санией. Возможно, Бренард и должен был погибнуть в этом путешествии. Всей правды, впрочем, я так никогда и не узнаю.
– Нельзя было уходить так, Лу.
– Я знаю, но…
– Что но?
– Калита… Она рассказала мне кое‑что и я посчитала, что так будет лучше.
– Лучше для кого? – прямо спросил я.
Только что у меня появился счет к единственной из Семерки, против которой я не имел ничего против. Значит, это Бард подговорила Лу? Что она ей нагородила?
– Лучше для тебя. Ты смертен…
Я повел бровью.
Поток людей вокруг нас как‑то поутих. Не знаю, виной тому была моя огненно‑красная башка, либо же это Оранса своей силой разогнала моряков, чтобы нам не мешали. Мы остались на причале почти одни. А кто проходил мимо – делал это по другому краю деревянной конструкции.