Было уже почти одиннадцать вечера, когда внезапный резкий стук заставил Мерлина так сильно вздрогнуть от оцепенения, в котором он пребывал, что он разлил повсюду Алые чернила. Он выругался, вытер ее и посмотрел на большие эркеры, занимавшие дальнюю стену гостиной Хаффлпаффа. Маленькая серая сова нетерпеливо постукивала, пытаясь залезть в закрытые окна.
Нахмурившись, Мерлин приоткрыл одно из маленьких окон, сова влетела внутрь, бросила Мерлину на колени письмо и исчезла так же быстро, как и появилась. Несколько раз моргнув, не вполне уверенный, галлюцинация это или нет, Мерлин закрыл окно и взял письмо. Это было не столько письмо, сколько клочок пергамента, сложенный пополам для уединения, и когда он развернул его, то сразу узнал почерк.
Комната требований, одиннадцать пятнадцать.
- Поразительно расплывчато, - подумал Мерлин. Он снова посмотрел на свой рабочий стол и увидел, что Седрик заснул, перевернутые буквы испачкали его лицо зелеными чернилами от того места, где он упал на свои записи. Рядом с ним Кора тоже упала лицом вниз на стол, и ничего не было видно, кроме огромного кудрявого облака, которое было ее волосами. Там, на кроватях, Верн и Павел лежали, прислонившись друг к другу, Верн уже спал, а голова Павла то клонилась к его груди, то внезапно вскидывалась, когда он пытался побороть то же самое желание. Роба нигде не было видно.
Мерлин пожал плечами и поспешно засунул все свои записи в учебники, убедившись, что чернила высохли с помощью заклинания, и покинул гостиную, захватив по пути свой плащ. В замке было зловеще тихо, и свежий весенний воздух проникал в открытые арочные окна в каменных стенах, обвиваясь вокруг лодыжек Мерлина. Он вздрогнул и позволил своим глазам на мгновение вспыхнуть золотом, когда он бросил согревающее заклинание, которое удобно устроилось в его грудной клетке.
Он был всего лишь двумя этажами ниже комнаты требований, но она находилась почти на противоположной стороне замка, и он не хотел, чтобы Филч застал его. В большинстве случаев, если с ним был Седрик, Филч неохотно отпускал их, учитывая, что Седрик был префектом, но Мерлин не хотел сталкиваться с ним в одиночку. Тем не менее, у него была практика обходить гулкие каменные замки невидимым, почти всю свою жизнь, и он был всего в нескольких коридорах от комнаты, прежде чем услышал кого-то.
Он тут же замер за статуей, слыша, как обостряется его внимание. Он различал хриплое дыхание и неровные шаги – один сапог, другой деревянный. Профессор Моуди быстро приближается.
Мерлин глубоко вздохнул и закрыл глаза, чувствуя, как его сила вспыхивает под кожей. В какой-то момент у его ног возникла легкая рябь, которая быстро пробежала вверх по телу Мерлина, пока полностью не накрыла его, а затем остановилась. Мерлин открыл глаза и посмотрел на свою руку, которую держал перед собой, но ничего не увидел. Он был совершенно невидим, как на видимом, так и на некоторых невидимых спектрах, не доверяя тому, что мог или не мог видеть глаз Муди.
Он затаил дыхание и успокоил свое учащенное сердцебиение, когда неровные шаги внезапно завернули за угол и приблизились к его месту. Ему больше не нужно было напрягать слух, чтобы услышать дыхание Муди, и в конце концов Аврор остановился прямо перед статуей, за которой стоял Мерлин.
Человек держал сложенный кусок пергамента, который был невероятно детализирован, и Мерлин напряг зрение, чтобы увидеть, что на нем было. Он почти не смог сдержать вздоха, когда увидел, что это было – карта Хогвартса в реальном времени, показывающая, что он стоял не дальше чем в трех футах от Муди.
Его имя тоже странно мерцало на карте, так как большую часть времени на ней было написано Морган Эмери, но иногда мелькало не в фокусе. Только потому, что Мерлин знал, что он ищет, он увидел Мерлина Эмриса, появившегося на долю секунды. К счастью для него, поскольку он находился за статуей, его положение на карте делало сомнительным, по какую сторону стены он находился – либо в том же коридоре, что и Муди, либо в соседнем.
С легким толчком магии его имя на карте (сопровождаемое негромкими шагами) поспешило вниз по коридору параллельно им, прямо в общую комнату Хаффлпаффа. Муди что-то проворчал в шутливом тоне и пошел дальше по коридору. Только когда его шаги затихли, Мерлин облегченно вздохнул и снова стал видимым.
В конце концов он прибыл в комнату требований всего через несколько минут после назначенного времени встречи. Дверь быстро открылась, и он вошел, прежде чем кто-либо успел заметить его шагающим по коридору… и сразу же потерял весь воздух в легких, как только вошел. Его толкнули спиной к двери, и только губы на его губах остановили его коленный рефлекс, заставивший нападавшего метнуться через всю комнату.
С ноткой удивления, но также и с большей ноткой удовольствия, он улыбнулся в ответ на поцелуй и обнял Артура за талию, притягивая его так, что они оказались прижаты вплотную к двери. Пальцы Артура запутались в волосах Мерлина, и он крепче сжал бедра Артура, чувствуя, как в груди расцветает приятное теплое чувство. Хотя, возможно, это и было заклинание обогрева.
Артур отстранился, чтобы начать целовать шею Мерлина, ловкими пальцами сбросив с него мантию Хаффлпаффа, и тихо рассмеялся.
- С чего бы это вдруг? - спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
- Ничего особенного,- ответил Артур. - Только ты.
- Это не имеет никакого отношения к тому факту, что на этой неделе экзамены, и тебе нужна какая-то форма снятия стресса? - Спросил Мерлин с дразнящей ноткой в голосе. Артур вздохнул и оторвался от шеи Мерлина, чтобы пристально посмотреть на него, его губы покраснели от их поцелуя, и это очень, очень отвлекало.
- Возможно, - согласился Артур. - Но как бы мне ни было неприятно это признавать, Мерлин, ты привлекательное человеческое существо, и это может оказать на меня хоть малейшее влияние.
- Ого, ты действительно умеешь делать комплименты мужчине, Артур, - ответил Мерлин.
Артур закатил глаза. - Ох, заткнись - предостерег он, и заткнулся Мерлин, главным образом потому, что губы Артура снова прижались к его губам, а пальцы быстро расстегнули пуговицы на рубашке Мерлина.
Спустя сомнительное время Мерлин лежал на животе на мягкой траве лагеря друидов, который придумала для них комната требований. Он был наполовину накинут на Артура, положив голову на ключицу Гриффиндорца, плащ покрывал их обоих, и он наслаждался ощущением пальцев Артура, скользящих вверх и вниз по его позвоночнику.
- Как ты думаешь, что случилось бы, если бы мы сделали это в Камелоте? - Тихо спросил Артур.
- Что сделали? - Возразил Мерлин. -Спали вместе, встречались, дрались на дуэлях или были вроде как помолвлены?
- Все вышеперечисленное, - сухо протянул Артур.
- Ну, нас бы обоих арестовали за дуэль, я думаю, что меня сожгли бы на костре, а тебе, возможно, это сошло бы с рук, будучи королем и все такое, - начал Мерлин. - Если бы мы переспали вместе, у тебя был бы очень большой бисексуальный урод, и я думаю, что если бы мы встречались и были вроде как помолвлены, то Гвен была бы убита горем. - У Артура перехватило дыхание при последнем замечании Мерлина.
- Знаешь, мне кажется, что я был в Камелоте только вчера, восемнадцать лет назад, и целую жизнь, - признался Артур. - Иногда по утрам я просыпаюсь, почти ожидая, что ты войдешь в комнату с этой нелепой штукой на шее и спихнешь меня с кровати с этой дурацкой ухмылкой на лице. Иногда я ожидаю, что проснусь дома с моими приемными родителями, иногда я теряюсь на мгновение, когда Гвен не обнимает меня, а иногда я просыпаюсь с чувством, что я именно там, где я должен быть.
Мерлин приподнялся на локте и поцеловал Артура в щеку. - Для меня это было почти тысячу лет назад, и я все еще думаю так же.
- Что, ты хочешь проснуться в объятиях Гвен? Ты должен мне что-то сказать, Мерлин? - Возразил Артур, и Мерлин закатил глаза.
- Почему я тебя терплю?- Мерлин вздохнул.