Невозможно в это поверить, но…: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Уже второй месяц меня активно учат всему, что должен знать и уметь принц Ирана. Специалисты из шахской стражи обучают премудростям разведки и контрразведки. В этом вопросе у меня сложностей не было, ведь в своем времени я прочитал много детективов и более менее ориентируюсь. Проблемы были с освоением ислама. Ладно, мне там что-то чикнули, было больно и неприятно. Но выучить Коран за короткое время невозможно, а трактовать его я даже не пытался. Напрягали эти многоразовые намазы. Утром совершить намаз еще можно, но в течение дня, несмотря на обстоятельства, расстилать коврик и молиться, мне кажется, это излишне. Рустем посвящал меня в тонкости управления страной, учил соблюдению протокола общения с представителями иностранных государств.

Я неплохо учился в военной артиллерийской академии имени Великого князя Михаила Павловича, отлично усвоил принцип управления сложным армейским механизмом. Пытался частично его применить в управлении страной, естественно после обсуждения и с согласия шаха.

Все эти два месяца я скрупулезно анализировал свои действия. Первое, что я обдумывал, так это дачу согласия в оказании помощи шаху и Джахану. Желание быстрее попасть в Россию, встретиться с любимой, никуда не делось. Была мысль послать Рустема и Джахана со всеми предложениями, как можно дальше. Однако, где-то в глубине моего подсознания проявилась какая-то авантюрная составляющая прошлого Воронова, и я согласился участвовать в подмене. Тем самым, подставил свою голову под воображаемый британский меч, если вскроется обман. Но я приложу все силы, чтобы этого не случилось.

Касаемо веры. Здесь все далеко неоднозначно. Первые дни я корил себя, чувствовал предателем. Потом, сидя в своих покоях, разложил все по полочкам. Я прежний, образца XXI века, к религии относился с определенной долей терпимости, можно сказать, был атеистом. Прежний владелец тела, тоже ревностным христианином не был. Закон Божий знал назубок, но к церкви и к православному духовенству, относился с определенной долей скептицизма. Только к исходу второго месяца пребывания в образе принца, я нашел для себя оправдание. Представил, что я русский разведчик, волей судьбы попал во вражеское окружение, и для пользы Отечеству должен быть тем, кем я стал сейчас. То есть мне нужно вжиться в роль принца так, чтобы ни у кого не зародились сомнения. И никакой я не предатель, просто в данный отрезок времени выполняю очень сложную, опасную и нужную Отечеству работу. Стану я правителем Ирана, или не стану, шайтан его знает, но попытаться не помешает. Ведь стать женой графа Воронова Анастасия может, заключив морганатический брак, а еще неизвестно, согласится ли на это императрица. Чтобы отказать принцу Ирана, жаждущему взять в жены младшую дочь, нужно найти очень веские аргументы. Таковых у Маргариты ІІ не много, ведь Россия стремиться укрепить свое влияние в этом регионе. Если мне не изменяет память, то в иной реальности русско-иранские отношения тоже были неплохими.

С семьей Рустема у меня сложились очень хорошие отношения. Моя мать Гюльзар вообще была на десятом небе от счастья, ее сын Искандер, стал нормальным человеком, добрым и внимательным. Сестры: Зарина, Бахар и Махтаб, после некоторого отчуждения стали воспринимать меня в качестве старшего брата. Зарина, кстати в скором времени выйдет замуж, у нее уже есть жених. Рустем планирует породниться с правителем Омана. Естественно, я в дела отца не лезу, со своими бы разобраться.

Рассуждения рассуждениями, но нужно было думать, как укреплять экономику страны. Вспомнил, что в моем времени Иран был одной из ведущих стран, занимающихся экспортом нефти. В настоящий момент добыча черного золота и сопутствующего газа находятся в зачаточном состоянии, на весьма низком уровне. Скважины есть в нескольких регионах, но объем добычи незначителен, а перерабатывающих заводов вообще только два. Поскольку во всем мире делается упор на технику, потребляющую нефтепродукты, то надо и нам поспеть к разделению этого рынка. Поэтому в одной из бесед с шахом затронул данную проблему.

— Отец, а почему мы так слабо занимаемся добычей нефти, — поинтересовался я у шаха, когда мы были наедине. — Нашим автомобилям нужен бензин. А когда создадим танковые войска, то и они будут использовать горючее в больших объемах. Не пора ли нам стать мировыми лидерами в добыче нефти?

— Ты озвучил больную тему, сын, — покачал головой шах. — Мы пытаемся разведать новые месторождения. Однако геологоразведка у нас слабая, нет современного оборудования и специалистов. Обращался к британцам, но они только улыбаются. Заверили, что в Иране нефти очень мало, и разработка новых месторождений не имеет перспектив.

— Понятно, всеми силами пытаются нам помешать в развитии. Работая с документами, я нашел упоминание о наличии нефтяных озер на поверхности в районе Ахваз. Полагаю, что если нефть поднялась на поверхность самостоятельно, то если копнуть глубже, сможем добывать ее в промышленных масштабах.

— Допустим, мы нашли нефть, добыли. Что с ней делать дальше? Нефтеперерабатывающих мощностей мало.

— Отец, а давайте купим новый и современный завод, например у американцев. Они предлагают неплохие заводы, тем более, сами привозят, и сами строят, предоставляют кредиты. На подсобных работах можно использовать наших людей. Пока будут строить, обучат наших инженеров и рабочих.

— А где деньги взять?

— Вы говорили с дедом, что у нас накоплено золото. Давайте его часть используем на приобретение завода. Неплохо бы построить железную дорогу от Ахваза к побережью, чтобы транспортировать нефть в порт, а дальше в другие страны. Да, доведется в каком-либо порту строить нефтеналивной комплекс с большими цистернами, но игра стоит свеч. Мы на нефти заработаем хорошие деньги.

— И как ты себе это представляешь? Взял пару мешков золота и отправился в Америку, торговать завод. Времена наличного золота ушли, а через банк мы не можем провести платежи. Я уже говорил, что банковская система под контролем британцев.

— Тогда нужно договориться с Россией.

— Джахан уже скоро определится с составом тайной делегации. Он разработал план переговоров с императрицей. Кстати, вопросы военного характера будешь обсуждать ты лично с императрицей с глазу на глаз. Если пойдет все хорошо, попробуй переговорить по заводу, очень интересная тема.

— Прежде чем говорить о военных поставках, надо знать, в чем мы испытываем потребность.

— Во всем, начиная с патронов, и заканчивая современными орудиями, самолетами и танками.

— Без хорошо подготовленных пилотов, танкистов, артиллеристов и пехотинцев, даже современное вооружение — металлолом. Надо нам построить систему обучения военных, на базе тех, немногих военных училищ, что есть в стране. Наверное, я проедусь по некоторым гарнизонам, посмотрю, так сказать, на местах, что есть, и как используется. Это мне надо, чтобы правильно построить беседу с императрицей.

— Ладно, на все отведу тебе месяц. Жду от тебя обстоятельный доклад.

Получив разрешение от шаха, я взялся за проверку полков и дивизий. Первый визит нанес в пехотный полк неподалеку от столицы. В стиле российской армии организовал внезапную проверку с поднятием полка по тревоге. Я знал, что боеспособность иранской армии невысока, но, что ее вообще нет, не подозревал. Полк смог занять, предписанные планом позиции в километре от города к концу дня. Более двенадцати часов потрачены впустую. Офицеры, унтер-офицеры и солдаты метались по расположению полка, толком не зная, что и как делать. Что говорить, когда командир полка, полковник (если сопоставить его чин с чином в армии России) был не способен управлять толпой безграмотного народа. Именно толпой, а не военнослужащими. Затем я осмотрел стрелковое оружие. Без слез на это безобразие смотреть нельзя. Хорошо, хоть солдаты вооружены не дульнозарядными карамультуками. Старые однозарядные австрийские, немецкие и бельгийские винтовки изношены до предела, даже нарезы стерты. О какой точности стрельбы можно говорить? Что говорить о профессии снайпера!?. Пулеметов нет в природе. Правда, вру, десяток картечниц Гатлинга на вооружении полка состоят, только их использование невозможно из-за поломок. Одним словом, пехотная рота российской армии со штатным вооружением разгонит иранский полк минут за десять, и не факт, что многие убегут, большая часть ляжет костьми. И это все я увидел в полку, который прикрывал подходы к столице, можно сказать, почти элитная часть. Представляю, как обстоит дело на периферии.

Посетив артиллерийские полк, пришел в полнейший ужас, обнаружив орудия прошлого века. Да, Ирану повезло, что никто из соседей не решился на него нападать, не считая турок. С такой армией, вернее с ее отсутствием, потерять страну можно за неделю. И не факт, что велись бы боевые действия, просто противник может заблудиться.

Колеся по стране в течение месяца, я набирал статистику, и попутно писал уставы для артиллерии, пехоты и кавалерии. Писал это громко сказано, я вспоминал, чему научился в академии и переносил на бумагу, естественно на фарси.

Вернувшись в Тегеран, доложил о поездке отцу.

— Из всего, вышесказанного, я пришел к неутешительному выводу, у нас отец, боеспособной армии в стране нет, — закончил я доклад шаху. — Об авиации и танковых войсках речь не идет, такие войска у нас не созданы. Современная армия без них не может рассчитывать на успех в боях.

— Искандер, иранская армия сильно отличается от российской армии, — возразил, присутствующий на докладе Джахан, — нельзя много требовать от не обученных людей.

— Дед, вы, меня извините, но людей надо учить. А кто их будет учить, если командиры полков, батальонов и рот, полные неучи, за редким исключением? Положение в армии я вижу катастрофическим. Надо принимать срочные меры.

— Правильно говоришь, Искандер. Я по согласованию с шахом составил список вопросов, который тебе доведется обсудить с императрицей без лишних ушей. Мы надеемся, что Россия поможет нам в подготовке военных кадров.

— Я так понимаю, миссия моя по большей части будет тайной, или я отправляюсь в Москву с официальным визитом?

— Сын, мы с твоим дедом пришли к решению, что визит всей делегации будет тайным, — уточнил Рустем. — Через наше посольство в Москве мы смогли договориться с императрицей, согласовали список участников переговоров. Официально, ты поедешь на северо-восток Ирана с инспекцией. Маргарите II повезешь мое личное послание, в нем я изложил все наши просьбы, а о твоей просьбе относительно дочери императрицы я не забыл, но писать не стал, сам будешь прокладывать путь к руке избранницы.