Мама, шепотом рассказав мне о том, что с пострадавшими моряками проблему она решила, все будет хорошо, помощь на подходе к пристани, и быстро ушла вслед за женщинами.
Позже, на следующий день я, под предлогом приобретения устойчивых навыков в управлении автомобилем, с щедрыми съестными подарками и денежными премиями, посетил всю команду и раненую яхту, навестил находившихся в лазарете пострадавших матросов, поблагодарив их за проявленной мужество от всей семьи. Конечно, мне было приятно услышать из их уст оценку и своих действий. В общем, расстались мы чрезвычайно обоюдно довольные.
Но это завтра, а сейчас заботу о Тамаре и Анастасии Станиславовне я переложил на плечи мамы, ведь мне самому нужно переодеться в сухую одежду, и погреться в горячей воде не помешает. Попадание под дождь всегда таит в себе опасность простуды, а мне не хочется щеголять перед дамами с красным носом, распухшим от выделений. Вот от приема коньяка я воздержусь, таблетки, выданные мне профессором Санаевым, еще пить не закончил, да и, если честно, тяги к коньяку не испытываю.
О-о-о, как приятно постоять под струями горячей воды. Каждая струйка ударяет в определенное место тела, я начинаю вертеться, подставляя под удары воды другие участки тела. Получаю легкий и приятный массаж. Затем вытираюсь полотенцем, растерев тело до красноты, заставив кровь быстрее бежать по кровеносным сосудам. Переодевшись, спустился в гостиную. По пути занес мокрую одежду на кухню. Она не сильно пострадала, но совсем промокла, до последней нитки, а также достаточно загрязнена. Прачка, знает, что нужно делать.
Мамы пока нет. Сейчас ей не до меня, сестру и гостью нужно привести в порядок. Я чувствую себя немного виноватым, ведь это я предложил морскую прогулку. Кто знал, что разразится шторм? Матросы нас обычно заранее ставят в известность, если возникают предпосылки к природному катаклизму. Они по каким-то народным приметам о приближении непогоды узнают. Сегодня о возможном шторме узнали в Судаке, и то, благодаря коленям Дмитрия. По большому счету все закончилось хорошо. Девушки не пострадали, это главное. Яхту крепко потрепало, но нас она из шторма на себе вынесла, а после непродолжительного ремонта и замены мачты будет как новенькая. Промокли все изрядно, и девушки находились во влажной одежде не более часа, думаю, простыть не успели, теплый май на дворе. А вот с очисткой желудка они потрудились отлично, хорошо, что я не подвержен влиянию качки, а то тоже бы провел обратный путь в обнимку с ведром.
— Как там наши мадемуазели? — поинтересовался я у мамы, после ужина, проведенного в полной тишине.
— Все хорошо. Напоила коньяком обеих, спят сейчас. Качка их вымотала основательно. Хотела спросить. Почему ты девушек привез в мокрой одежде? Ты с дома взял все необходимое, для переодевания. Они отказались переодеваться?
— Мама, девушки были неспособны самостоятельно, что-либо делать, до такой степени их укачало.
— Так помог бы. Или ты уже страшишься обнаженного женского тела? — внимательно следя за моей реакцией, сказала мама.
— Ничего я не страшусь, — мысленно ухмыльнулся я. Мама, что решила мне дополнительное тестирование устроить? — Просто соблюдаю нормы приличия. Допустим, помочь переодеться Тамаре, еще, куда ни шло, я ей брат. А вот с Анастасией Станиславовной, могли возникнуть проблемы. На следующий день, мы бы сгорали от стыда, ведь девушка не замужем, и нахождение в двусмысленной обстановке с молодым человеком, это удар по репутации. Да, и запутался бы я в этих завязках и шнурках
— Да, сынок, я вижу, что ты выздоравливаешь не только телом, но и душой. Заговорил о морали, и это похвально, значит, ты становишься сыном своего отца.
— Спасибо, мама, за похвалу, я и дальше буду стараться не доставлять вам с отцом неприятностей. Раз с нашими девчонками все хорошо, так может, откроешь мне тайну. Кто тебе поручил озаботиться судьбой племянницы?
— Я всегда знала, что у тебя светлая голова, Саша. Докопался до истины. Да, Анастасия Станиславовна доводится мне племянницей, пусть и дальней. Когда она поступила учиться в институт в Симферополе, то мне написала приватное письмо Её Величество императрица Маргарита ІІ. Двадцать семь лет назад я была представлена ей, когда награждали твоего отца за личную храбрость, проявленную в боях с турками на Кавказе. В письме она просила прибыть меня в Москву инкогнито и встретиться с ней, дала мне адреса, где мы сможем переговорить без лишних глаз и ушей.
Под видом обеспеченной мещанки я отправилась в Москву. Поселилась в дешевой гостинице на окраине столицы. Я хоть и не часто там бывала, но знакомых у меня много, не хотелось объяснять им причину нахождения в Москве, да и в не совсем обычном виде. Встретились с императрицей на второй день, я ей сообщила о приезде по телефону. То, что говорила я тебе об Анастасии Станиславовне, мне рассказала ее мать. Она просила присмотреть за дочерью. Я приняла на себя сей нелегкий труд. Возвратившись в Симферополь, я все рассказала твоему отцу. Как ты знаешь, твой отец очень выдержанный человек, но одно упоминание о муже императрицы, вызвало у него неописуемый гнев. Отец долго ругался. За сколько лет совместной жизни я не слышала от него ни единственного матерного слова, а в том случае, словно плотину прорвало. Успокоившись, твой отец объяснил истинную причину своего негодования. Оказывается в ту войну муж императрицы, Станислав Леонидович, возомнил себя великим полководцем, отправил в наступление на турок два пехотных полка. Само наступление не было подготовлено, позиции русских войск были невыгодные, а оборона у турок крепкая, насыщена артиллерией. В безумной атаке большая часть полков полегла, на исходные рубежи вернулись жалкие остатки, и то благодаря твоему отцу, сумевшему вывести свой артиллерийский полк непосредственно на поле боя и поставить мощный заградительный огонь. За это его наградили орденом ЕкатериныІ степени. После награждения в Москве твой отец чуть не набил лицо Станиславу Леонидовичу. Поэтому мы вместо губернаторства в Москве возглавили Южную губернию, о чем ни разу твой отец не сожалел и я вместе с ним. Находясь далеко от трона, чувствуем себя в большей безопасности.
— Да, наша семья полна тайн! У кого в голове возникла идея о моем сближении с Её Высочеством?
— Каюсь, Саша, все это моих рук дело. Девушки живут рядом с институтом в очень приличном доме. Жить в резиденции губернатора напрочь отказались обе. Видишь ли, они уже достаточно взрослые, чтобы находиться вдали от родителей. Хорошо хоть служанок своих взяли. Так вот, бывая у девушек с визитами, я им рассказывала о тебе, вызывала живой интерес. Через год Анастасия Станиславовна, при моем появлении у них в гостях, интересовалась в первую очередь тобой, а потом всем остальным. Скажу прямо, она очень болезненно реагировала на твои выходки в обществе. А когда узнала о твоем ранении, ежедневно молилась в храме Рождества Пресвятой богородицы за твое исцеление.
— Молилась одна, а примчалась выхаживать другая — Екатерина Матвеевна Быкова, — задумчиво произнес я.
— Знаешь, для всех нас ее появление возле тебя стало настоящим шоком. Я наперечет знала всех дам, с которыми ты общался, и вдруг неизвестно откуда появляется Екатерина. Я даже подумала, что это твоя тайная любовь. А после того, как ты ее погнал из госпиталя, поговорила с девушкой. Впечатлительная и до предела наивная особа. Решила выходить тебя и женить на себе, надоело ей в купеческих дочках обретаться, желает ближе к императорскому трону перебраться. После твоей ей отставки переехала учиться в Московский медицинский институт, станет врачом общей практики, с хирургией у Екатерины не заладилось. С Анастасией Станиславовной, как я заметила, все получилось. Девочка от тебя без ума. И ты с ней ведешь себя достойно. Завтра, когда девушки придут в себя, никаких поездок. Исключительно покой, и еще раз покой.
— Как прикажите, ваше сиятельство, — поклонился маме.
— Иди уже, забирайся в постель, ты тоже вымотан, хотя стараешься не подавать вида. Ранение еще напоминает о себе, силы полностью не восстановлены.
Мама оказалась права. Забравшись под одеяло, я моментально уснул.
Утро у меня прошло, как обычно. Начал тренировкой и закончил умыванием. Шторм, бушевавший всю ночь, к утру закончился. На море наступил полнейший штиль. Пробегая аллеями парка, я заметил несколько обломанных толстых веток на деревьях. Стихия не пощадила и наш парк. Представляю, если бы наша дача находилась непосредственно на берегу или мы бы вовремя не проскочили «детский» шторм и попали по-взрослому! Однозначно, парк давно бы переломали ветры, и мы сожгли бы в печках экзотические экземпляры деревьев. А так, Бог миловал. Десяток сломанных веток не критично.
Свежим и бодрым спустился к завтраку. Через пять минут появилась мама, а чуть позже девушки.
— Доброе утро, «ундины», надеюсь, вы пребываете в добром здравии и в прекрасном настроении, — приветствовал я девушек стоя, — посмотрите, какое чудесное утро за окном, светит солнце, щебечут птицы.
— Извините нас, Александр Васильевич, чувствуем мы себя отвратительно, голова раскалывается, все мышцы болят, и очень кушать хочется, — призналась Её Высочество. — Если нас сейчас не покормят, то две разъяренные девушки уйдут на кухню и устроят там поедание запасов.
— Да-да, братец, я согласна с Анастасией, мы голодные, как две волчицы, и довел нас до такого состояния ты, — сверкнула глазами Тамара.
— Позвольте, но стихия неподвластна человеку! — возмутился я.
— Надо было покушать в каюте, как я предлагала, — продолжила возмущаться сестра, — и отправляться обратно. — Так нет же, тебе с Анастасией Станиславовной захотелось подняться на скалу, там пообниматься и покушать. Обратный путь прошел для меня словно в тумане, я ничего толком не помню. Надеюсь, ты не воспользовался беспомощным состоянием двух девушек?
— Сестрица, за кого ты меня принимаешь?
— За нормального и ответственного брата, который, подобно наседке возле цыплят носился с нами. А предыдущая фраза была шуткой, очень корявой, надо сказать, и неуместной, согласна, признаю.