Цикл "Майор Мартен Сервас". Компиляция. Книги 1-6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

За столом тут же разгорелся спор. Никто такого мнения не разделял. Младшие офицеры заколебались. Уж очень крупной рыбой был Ломбар. На кону оказывались карьеры, вопросы иерархии и прочее.

— Каким образом Венсан узнал, что Ломбар не в Штатах? — спросил Сервас.

Ирен ему растолковала. Им крупно повезло. По анонимному доносу парижская бригада по расследованию финансовых преступлений проверила соответствие некоторых филиалов группы Ломбара. Было очевидно, что назревает крупный скандал. Несколькими днями раньше, инспектируя счета «Ломбар медиа», они натолкнулись на еще одно нарушение: перечисление ста тридцати пяти тысяч долларов на счет Ассоциации по производству телерепортажей и музыкальных инструментов. Проверка выявила, что никаких репортажей и в помине не было, а музыкальные инструменты оказались блефом. Ассоциация, конечно, регулярно работала на «Ломбар медиа», но в данном случае ни один репортаж не соответствовал такой сумме и даже не был заказан. Тогда бригада по финансовым нарушениям задалась вопросом, чему соответствовала такая сумма. Чего ради ее так старательно скрывали? Взятка? Расхищение фондов? Они снова направили отдельное требование, на этот раз в банк, который производил перечисление, и запросили сведения об истинном получателе выгоды. Однако, к несчастью, авторы этой манипуляции приняли все меры предосторожности. Сумма была перечислена на несколько часов в Лондон, оттуда на другой счет на Багамах, а потом на третий на Карибах… След потерялся. Какова была цель манипуляции? Сто тридцать пять тысяч долларов — сумма, конечно, солидная, но для империи Ломбаров это капля в море. Тогда вызвали исполнительного директора «Ломбар медиа» и пригрозили обвинением в подделке документа. Тот испугался и сознался, что это было сделано по просьбе самого Эрика Ломбара в порядке особой срочности. Венсан попросил бригаду сообщать ему обо всех нарушениях, выявленных за определенный период, поэтому контакты с финансовой бригадой раз за разом приносили ему информацию, хотя на первый взгляд она и не имела никакой связи со смертью коня.

— Но связь-то на самом деле есть? — спросил кто-то из высоких жандармских чинов.

— Так вот, лейтенант Эсперандье кое-что придумал, — продолжила Циглер. — Он позвонил в авиакомпанию, обеспечивающую самолеты для частных перелетов богатых граждан, и выяснил, что именно такая сумма необходима, чтобы слетать из Штатов во Францию и обратно на частном лайнере.

— У Ломбара есть свои самолеты и экипажи, — вставил кто-то из младших офицеров. — Зачем ему услуги другой компании?

— Перелет не должен был оставить следов, ведь он не занесен в расходы группы Ломбара, — ответила Циглер. — Сама трата осталась в секрете.

— Отсюда и несуществующие репортажи, — вмешалась д’Юмьер.

— Вот-вот.

— Интересно, — протянул младший офицер. — Но это всего лишь предположения.

— Вовсе нет. Лейтенант Эсперандье решил, что Эрик Ломбар должен был приземлиться где-то неподалеку, если тайно прилетал сюда из Штатов в день убийства коня. Венсан обзвонил все окрестные аэродромы: Тарб, По, Биарриц — и уже с третьего раза попал в цель. Частный борт американской авиакомпании приземлился в Биарриц — Байонне вечером во вторник, девятого декабря. Если доверять информации, которой мы располагаем, Эрик Ломбар сошел с самолета под другим именем и по чужому паспорту. Никто его не видел. Самолет оставался на месте двенадцать часов и вылетел обратно рано утром. Как раз достаточно, чтобы на машине доехать от Байонна до Сен-Мартена, явиться в конный центр, убить Свободного, подвесить его на макушке фуникулера и вернуться на аэродром.

Теперь все смотрели на Циглер.

— Но на этом дело не кончилось, — сказала она.

Аэропорт в Биаррице сохранил запись о рейсе американской компании в реестре ночных полетов и в распечатке движения. Венсан Эсперандье запросил своего агента в Интерполе, у которого были контакты в ФБР. Сегодня они нанесли визит пилоту, и тот официально опознал Эрика Ломбара. Он готов дать показания.

Циглер посмотрела на Серваса и заявила:

— Вероятно, Ломбар в курсе наших намерений. У него ведь тоже есть контакты в ФБР и в МИДе.

— Двое моих людей дежурят возле замка с начала вечера, — предупредил Сервас. — Я поставил их, как только заподозрил, в чем дело. Если господин следователь прав, то Ломбар оттуда не выходил. Кстати, где Венсан?

— Он едет. Будет через несколько минут, — ответила Циглер.

Едва держась на ногах, Сервас поднялся.

— Твое место в госпитале, — вмешалась Ирен. — Ты не в состоянии принимать участие в задержании. Тебе необходимо промывание желудка и врачебный уход. Неизвестно еще, что за наркотик Сен-Сир тебе подмешал.

— Я отправлюсь в больницу, когда все завершится. Это ведь и мое расследование. Буду держаться в стороне, — прибавил он. — Разве что Ломбар согласится беспрепятственно впустить нас в замок, что меня очень удивило бы.

— Если он вообще еще там, — заметила д’Юмьер.

— Что-то мне говорит, что там.

Гиртман слушал, как ветер дробно сыплет в окно снежные хлопья.

«Настоящая снежная буря», — сказал он себе с улыбкой.

Нынче вечером, сидя в изголовье кровати, Юлиан задался вопросом, что сделает в первую очередь, если когда-нибудь обретет свободу. Он регулярно возвращался в мыслях к этому гипотетическому факту и всякий раз погружался в долгие сладкие мечты.

В любимом своем сценарии он сначала забирал деньги и документы, которые спрятал на савойском кладбище неподалеку от швейцарской границы. Забавная деталь!.. Сто тысяч швейцарских франков в купюрах по сто и двести и фальшивые документы хранились в маленьком сейфе, спрятанном в той части кладбища, где была похоронена мать одной из его жертв. Девушка сама об этом рассказала, прежде чем он ее убил. Этих денег должно хватить на гонорар одному пластическому хирургу в департаменте Вар, который иногда удостаивал своим присутствием его женевские вечера. В другом тайнике у Гиртмана лежали видеозаписи, разрушительные для репутации доктора. В противоположность остальным влиятельным лицам, Юлиану хватило присутствия духа избавить себя от процесса. Пока шел суд, он находился в клинике доброго доктора, лежал с забинтованной головой в палате за тысячу евро, с видом на Средиземное море. Там установили проигрыватель высочайшего качества, чтобы Гиртман мог слушать своего любимого Малера, и каждую ночь доставляли специальную девушку по вызову.

Вдруг мечтательная улыбка исчезла с его лица. Поморщившись, он провел рукой по лбу. Чертовы медикаменты вызывали у него ужасную мигрень. Что за кретины Ксавье и вся его психиатрическая шайка! Все одним миром мазаны, вместе со своей шарлатанской религией!

Его охватил гнев. Бешенство пробивало себе дорогу в мозгу, шаг за шагом отключая все разумные соображения. Оно разлилось в огромном мыслительном океане, как маленькое облачко черной сепии, как жадная мурена, которая вынырнула неизвестно откуда и пожрала ясность рассудка. Ему непреодолимо захотелось двинуть кулаком в стену или сделать кому-нибудь больно. Он заскрипел зубами и завертел головой, ревя и мяукая как ошпаренная кошка, потом постепенно успокоился. Иногда ему было отчаянно трудно себя контролировать, и Гиртман справлялся с собой только за счет огромной силы духа. Кочуя по разным психиатрическим клиникам, он проводил месяцы за чтением книг этих придурков-психиатров и раскусил все их приемы, нехитрую технику ментальных фокусников-престидижитаторов и уловки иллюзионистов. Юлиан постоянно повторял эти приемы, сидя в палате. Только одержимый способен делать это с такой энергией. Он знал их слабое место. В мире нет ни одного психиатра, который не был бы о себе высочайшего мнения. Из всех нашелся только один, кто догадался о его маневрах и изъял у него книги. Единственный из многих десятков, которые ему встречались.

Вдруг раздался резкий визг. Гиртман вскочил со стула. В коридоре оглушительно выла сирена, и этот звук стрелами вонзался в виски, увеличивая разбушевавшуюся мигрень.