Все обернулись и увидели в дверях врача в белом халате, на вид лет тридцати. У него был матовый цвет лица, густые черные брови, почти сходящиеся у переносицы, и мясистый нос. Сервас прочитал на халате: «Доктор Сааде». Врач подошел к ним с улыбкой, но глаза его оставались серьезными, а черные брови были непреклонно нахмурены, что означало: в этом месте следователи и жандармы должны склониться перед высшим авторитетом — человеком в белом халате.
Сервас отбросил одеяло и сказал:
— Не может быть и речи, чтобы я тут остался.
— Не может быть и речи, чтобы вы вот так ушли, — отчеканил врач, дружески, но твердо кладя ему руку на плечо. — Мы еще не кончили вас обследовать.
— Так заканчивайте скорее.
Сервас покорно откинулся на подушки. Пока все выходили из палаты, он закрыл глаза и заснул.
В тот же самый момент офицер полиции снял трубку телефона в меблированной крепости генерального секретариата Интерпола в Лионе, на набережной Шарля де Голля. Он сидел в самой середине просторной комнаты в стиле open space,[44] с множеством компьютеров, телефонов, принтеров и кофейных автоматов, с панорамным видом на Рону. Еще в комнате имелась большая украшенная елка со звездой на макушке, которую было видно из-за каждой переборки.
Услышав в трубке голос собеседника, офицер поднял брови.
— Венсан? Это ты? Сколько лет, сколько зим, старина! Куда ты подевался?
Вторая организация по количеству членов после ООН, Интерпол объединяет сто восемьдесят семь стран. Его центральные службы являются не полицейскими в буквальном смысле слова, а скорее консультативными для правоохранительных структур всех стран, входящих в организацию. Они оказывают помощь в проведении экспертиз и имеют огромную базу данных, в которой числится 178 тысяч нарушителей закона и 4500 преступников, находящихся в бегах. Эта служба ежегодно рассылает тысячи международных запросов на аресты, знаменитые «красные уведомления». Человека, поднявшего трубку, звали Люк Дамблен. Как и с Марисой, Эсперандье познакомился с ним в школе полиции.
Они обменялись несколькими дежурными вежливыми фразами, и Венсан перешел к делу.
— Мне нужна ваша помощь.
Дамблен машинально взглянул на фотографии, наклеенные перед ним на переборке, над ксероксом. Русские мафиози, албанские сутенеры, широкополые шляпы мексиканских и колумбийских торговцев наркотиками, сербские и хорватские налетчики и международные педофилы, промышляющие в бедных странах… Кто-то приделал к портретам красные шапочки и белые бороды Санта-Клаусов, что, однако, не сделало их более симпатичными.
Дамблен терпеливо выслушал объяснения своего коллеги и заявил:
— Можно сказать, тебе повезло. Есть в ФБР Вашингтона один парень, за которым должок. Я ему однажды составил протекцию при расследовании. Попробую позвонить, а там посмотрим. А зачем тебе эта информация?
— У меня следствие.
— Совместно с Соединенными Штатами?
— Потом объясню. Посылаю фото, — сказал Эсперандье.
Человек из Интерпола посмотрел на часы и предупредил:
— Это займет время. У него линия пока занята. Тебе когда нужна информация?
— К сожалению, очень срочно.
— Информация всегда нужна срочно, — отозвался Дамблен между двумя щелчками. — Не переживай, я пошлю запрос по экстренному каналу. В память о дружбе. К тому же скоро Рождество, пусть это будет мой подарок.
Сервас проснулся через два часа. Ему понадобилось не меньше секунды, чтобы вспомнить больничную койку, белую палату и большое окно с голубыми шторами. Сообразив, где находится, он поискал глазами одежду и обнаружил ее в прозрачном полиэтиленовом пакете на стуле. Он вскочил с кровати и начал одеваться как можно быстрее. Спустя три минуты он уже был на улице и доставал из кармана телефон.
— Алло?
— Это Мартен. Постоялый двор открыт сегодня вечером?
Старческий голос хмыкнул и ответил:
— Хорошо сделал, что позвонил. Я как раз готовлю ужин.
— Мне надо задать тебе еще несколько вопросов.
— А я-то думал, ты звонишь только, чтобы поесть. Какое разочарование! Ты что-нибудь нашел?
— Объясню, когда приеду.
[44] Open space — стиль устройства крупных офисов, когда все сотрудники сидят в одном огромном помещении, разделенном переборками, не достающими до потолка.