Ян моргнул и уставился на него с окаменевшим лицом.
— Как вы узнали о существовании сестер Оукли? — повторил вопрос Маркби.
Ян опять оживился, словно внутри щелкнул выключатель:
— Один мой польский друг ездил в отпуск в Англию. Я рассказал ему о доме все, что знал из семейных преданий. Попросил посмотреть, если в тех местах будет. Не знал, стоит ли он еще на месте, но думал, что шанс есть. Ну, друг так и сделал, вернулся, сообщил, что дом не только на месте, но в нем еще живут члены семьи. Тогда я написал… и получил ответ. Теперь мы отлично поладили. — Довольный собой, он допил пиво. — Разрешите вас угостить?
— Ох нет, но все равно спасибо, — отказался Алан. — Мы сейчас возьмем меню. А вы еще долго пробудете?
— В «Перьях»? — озадаченно переспросил Ян.
— Нет. В Форуэйзе, — вежливо пояснил Маркби, и Ян вспыхнул:
— Ну, знаете, я только приехал.
Действительно хитрый и непробиваемый, раздраженно подумала Мередит. Джулиет права. Хороший актер. Симпатия угасла.
— Я всю жизнь знаю сестер Оукли, — заговорил Алан. — Когда был еще маленьким, мать брала меня с собой в Форуэйз. Тогда был жив их отец, старый мистер Эдвард Оукли, прикованный к инвалидному креслу. Дом казался мне неприятным и страшным, хотя женщины так меня привечали, что это с лихвой компенсировало нехорошие ощущения.
На лице Яна возникло опасливое выражение. Он пристально разглядывал Маркби, точно так же, как смотрел на Мередит в поезде.
— Не сомневаюсь, — вымолвил он. — Они очень гостеприимные.
— Но все-таки, — продолжал Алан, — вы, наверно, вернетесь к своей работе в Польше. Вы ветеринарный врач, как я понял?
— Да-да, ветеринар. — Ян все сильней беспокоился, сильные загорелые руки ерзали по краю стола. — А вы? Работаете в Лондоне, как Мередит?
— Слава богу, нет. Каждый день ездить туда и обратно — это не для меня. Я работаю здесь… Почти здесь. В региональном полицейском управлении.
Руки Яна застыли.
— Правда?.. В каком качестве? — Вопрос тоже как бы застыл в воздухе.
— Суперинтендент уголовной полиции, — жизнерадостно ответил Маркби. — Детектив.
Ян медленно прикрыл глаза, как в поезде, когда напомнил Мередит крупного кота. Минуту посидел неподвижно, потом взял себя в руки и встал.
— Ну, очень рад снова видеть вас, Мередит, и познакомиться с вами, суперинтендент. Но вам надо поужинать, а мне вернуться в Форуэйз. Кузины будут гадать, куда я подевался! — Он выбрался из-за стола и послал им улыбку, сверкнув золотым зубом. — Рекомендую мясной пирог и жареную картошку. — И быстро удалился.
— Ох, — горестно вздохнул Алан, — так всегда, как только люди узнают, что я коп.
— Он услышал предупредительный выстрел, — с удовлетворением заключила Мередит, — и струхнул. Вина была прямо на лбу написана, когда удирал. Ну, теперь ему известно, что ты знаком с Оукли и интересуешься. Как он тебе показался?
Алан поразмыслил.
— По-моему, довольно жалкий.
— Не стоит ему симпатизировать, — подчеркнуто жестко сказала Мередит, забыв о собственной мимолетной жалости к Яну в первую минуту. — Он играет. Я сначала клюнула, а Джулиет раскусила мгновенно.
— Я не говорю, что мне его жалко, — тряхнул головой Алан, и светлые волосы, как обычно, упали на лоб. — Я коп, помнишь? Испытываю симпатию, только когда считаю, что человек этого действительно достоин, хотя таких встречаю все реже и реже. Хочешь услышать честное мнение? Я согласен с тобой и с Джулиет. Он, безусловно, хороший артист в своем роде. Но преступник ли? — И добавил, не дожидаясь ответа: — Точно не ветеринарный врач. Ставлю последнее пенни. Я бы сказал, работает с животными, на свежем воздухе. Может быть, конюх на той племенной ферме, о которой тебе рассказывал. Но определенно не дипломированный специалист.
— Думаешь, обманщик? — нахмурилась Мередит.
— Насчет своих занятий лжет. Однако подозреваю, что он действительно Оукли.
— Зачем тогда лжет о работе?
Алан снисходительно посмотрел на нее: