Лица не видно: она склонилась над бокалом с шерри, густые темные волосы свесились на лоб, закрыли щеки. Виден только кончик носа, больше ничего.
— Обременяй сколько хочешь, если воспользоваться твоим собственным выражением. В «Короне» тебе не поправится.
— Точно понравится.
— Неужели тебе у меня так плохо? — сухо спросил он.
Она подняла глаза, откинула непокорные пряди:
— Конечно нет! Дело не в этом.
— А в чем же, хотелось бы знать? Невозможно понять. — Алан помолчал и добавил: — Ты вернешься к себе, когда дом отчистят, заново обставят. Согласен. Мне это не по душе, но согласен.
— Наверно, вернусь, хотя он уже не будет прежним.
— Мучения до той поры в «Короне» не поправят дело. — Не слыша ответа, он почувствовал, что решение переехать в гостиничный номер слабеет. — Почему не остаться здесь на неделю-другую, пока дом не будет готов?
Мередит взглянула на него:
— Пока дом не будет готов?
— Пока снова не засияет во всей красе.
— Никогда не сиял. — Она задумалась. — Знаешь, я его не довела до ума. После Бетан есть шанс начать сначала, с нулевой отметки. Ладно, признаю, ненавижу «Корону». Поживу тут пару недель. Только, знаешь, пока дом не будет готов.
— Разумеется, — ответил Алан. — Само собой. Но я все же открою бутылку вина.
Энн Грэнджер
«Тени убийства»
Благодарности
Я должна поблагодарить очень многих за советы, помощь и поддержку во время работы над этой книгой. Поэтому Спасибо с большой буквы профессору Бернарду Найту, выдающемуся патологоанатому и коллеге-писателю, автору детективов, за исчерпывающие сведения о процедуре эксгумации; музею Королевского фармацевтического общества за информацию о настойке опия; коллеге-писательнице доктору Стелле Шеперд и ее мужу Джону Мартину, которые, как и прежде, щедро делились со мной своими медицинскими познаниями; офису коронера в Оксфорде; сотрудникам Оксфордширского исследовательского центра при библиотеке Вестгейт; Дэвиду Дансеру из оксфордского совета графства, который меня познакомил со «старым» зданием суда с впечатляющим подземным туннелем, сохранившим подлинную атмосферу; моему агенту Кэрол Блейк, редактору Мэрион Дональдсон; моей многострадальной семье, друзьям и прежде всего моему мужу Джону Халму.
Э. Г.
Действующие лица
Первая тень: БАМФОРД, 1889—1890
Уильям Оукли из усадьбы Форуэйз
Кора, его жена
Миссис Марта Баттон, экономка
Уотчетт, садовник
Дейзи Джосс, нянька
Инспектор Джонатан Вуд из бамфордской полиции
Эмили, его дочь
Сержант Паттерсон из бамфордской полиции
Стэнли Хакстейбл, репортер «Бамфорд газетт»
Мистер Тейлор, обвинитель на процессе У. Оукли