— По-моему, она не собиралась возвращаться.
— А может быть, кто-то подделал ее почерк, — тихо ответил он, пристально наблюдая за мной — как я восприму его предположение.
Как можно хладнокровнее я ответила:
— Когда вы беседовали с миссис Парри, такая мысль пришла мне в голову. Если ее убили — а говоря, что она умерла насильственной смертью, вы наверняка имели в виду убийство, — значит, убийца не хотел, чтобы ее искали и нашли.
— А поиски не прекращались, — возразил Росс. — Никто не пришел еще раз в полицейский участок Марилебон и не сообщил, что пропавшая прислала письмо. Для нас, полицейских, мисс Хексем по-прежнему считалась пропавшей без вести.
Наверное, это Фрэнк виноват, сердито подумала я, но вслух ничего не сказала. Возможно, он просто забыл о письме или не счел нужным известить о нем стражей порядка. Вслух я сказала:
— Жаль, что я ничем не могу вам помочь. Я ее не знала, но ее постигла ужасная участь!
— Сильный удар для миссис Парри, — заметил Росс и внимательно посмотрел на меня своими умными темными глазами. — И хотя вы говорите, что не знали ее, я вижу, что известие вас сильно расстроило.
— Наверное, мне следует объясниться, — смущенно ответила я. — Вчера, когда я ехала сюда в кебе, нас задержали в пути, навстречу двигалась подвода, на которой лежал труп. Как раз в том месте, где сносят дома. Труп был ее, да?
Росс что-то пробурчал. Лицо у него сделалось сердитым.
— Весьма вероятно! — сухо ответил он. — Жаль, что вы это видели. Мне также жаль, что вы оказались там, и жаль, что сейчас вы здесь!
— Что вы имеете в виду? — Его последние слова показались мне странными, как, впрочем, и все его поведение. Наверное, поэтому я заговорила довольно резко.
Он вздохнул.
— Вы меня, конечно, не помните, — сказал он. — Да и с чего вам меня помнить? И все же мы с вами уже встречались, хотя и давно — лет двадцать назад.
— Нет-нет, — ответила я, качая головой. — Невозможно! Я только что приехала в Лондон из Дербишира, как я вам уже сказала. Джосая Парри, — я указала на портрет над камином, — был моим крестным. Его вдова, миссис Парри, предложила мне место компаньонки после того, как я после смерти отца написала ей и попросила о помощи.
— Значит, доктор Мартин умер? — воскликнул Росс. — Примите мои соболезнования! Он был хорошим человеком, и я всем ему обязан.
— Вы знали моего отца! — воскликнула я.
— И вас тоже. Ведь вы — Лиззи Мартин. Вы приезжали вместе с отцом в наш поселок. Его тогда вызвали на шахту — там произошел несчастный случай. Умер ребенок…
Я невольно вытаращила глаза:
— Да, помню! В то утро я спряталась в двуколке. Мне было всего восемь лет. Но откуда вам это известно?
— Я тоже там был, хотя вы меня не помните. Я подарил вам мой счастливый сланец с отпечатком папоротника. Вы его, наверное, выбросили.
Внезапная вспышка осветила прошлое, как молния на ночном небе. Я увидела темноволосого мальчишку с запачканными сажей лицом и одеждой.
— Я вас помню! — медленно произнесла я. — А ваш счастливый сланец до сих пор у меня. Но как… — Я велела себе замолчать, потому что следующие мои слова были верхом бестактности.
Он меня опередил:
— Как я попал оттуда сюда? Когда погиб тот малыш, правительство уже издало закон, запрещавший брать на работу в шахту детей до десяти лет. Мальчику, который погиб, — звали его Дейви Прайс, и я хорошо его помню — десяти еще не было. Ваш отец из-за того случая поднял большой шум. В результате компания уволила всех детей, кому еще не исполнилось десять. Нам с Джо Ли в то время было по девять лет. Ни один из нас не сожалел, что больше не придется спускаться под землю, зато нашим семьям пришлось туго без нашего жалованья. Ваш отец все прекрасно понимал…
Взгляд инспектора скользнул по стеллажу напротив, плотно уставленному книгами.
— Большинство шахтеров не умеют ни читать, ни писать, а вместо подписи ставят крестик. Вы это, наверное, знаете.
— Ну да… — Мне стало не по себе. — Но они не виноваты в том, что для них не строят школ!
Инспектор Росс снова посмотрел на меня в упор с обескураживающей прямотой.
— Да зачем образование детям шахтеров? Так скажет большинство. Образование только внушит им мысли, которые не соответствуют их положению.