– Ой, папочка, я так же, как и ты, знаю, что бедный дядя Джозеф отличился в прошлом. Нет нужды напоминать об этом!
– Смею заметить, что мисс Блейк кажется довольно современной леди, – несколько саркастично высказался старший констебль. – Я и правда думаю, что она может остаться.
– Конечно, – Джоан снова благодарно взглянула на полковника. Этот человек начинал ей нравиться – он не соответствовал ее представлениям о типичном полицейском. А проницательный полковник тем временем прикидывал: возможно, девушка со своей открытостью сможет помочь ему больше, нежели ее отец.
– Теперь, мистер Блейк, скажите, ваш брат был художником, не так ли?
– Ну да, он рисовал картины, хотя я не думаю, что они много ему приносили.
– Тогда чем же он зарабатывал на жизнь?
– Полковник Чадлингтон, я и правда не могу сказать. Он был младше меня – на пару лет. Моя жизнь довольно быстро вошла в колею, я, кстати, дипломированный бухгалтер. А у него все было иначе: он доставил немало хлопот отцу, ведь он не находил своего места, и, мне кажется, это немало потрепало нервы бедному папе. Затем он уехал в Аргентину, это было порядка двадцати лет назад. Какое-то время он оставался там, принимаясь за разные виды деятельности. Когда он вернулся домой, отец уже умер. На пару недель Джозеф остановился у меня. Нет, это не было иждивенчеством. Казалось, что у него есть средства, но он никогда не говорил о том, как он их заработал. Это было десять лет назад. С тех пор он время от времени приезжал, но в основном жил за границей, пока внезапно не купил этот дом, чтобы обустроиться здесь.
– О, да, – перебил его старший констебль. – До переезда сюда он жил во Франции – в Андае, у границы с Испанией, не так ли?
– Откуда вы узнали? – удивился Фрэнк Блейк.
– Ну, у нас собственные методы, мистер Блейк.
– До, он жил там.
– И мы останавливались у него на пару недель, это было два года назад, – заметила Джоан. – У него была изящная маленькая вилла недалеко от моря, там был прекрасный вид. Можно было увидеть Фуэнтеррабию – испанский город. Он находится на противоположном берегу Бидасоа.
– Да, – заметил полковник Чадлингтон, – и вы не знаете, чем он там занимался помимо рисования?
– Нет, я не знаю, – ответил Фрэнк Блейк.
– Во время нашего приезда дядя только водил нас на экскурсии. У нас было множество отличных прогулок по Испании. Дядя хорошо говорил по-испански. И, конечно, по-французски, – добавила Джоан.
– Да, – подтвердил ее отец, – он определенно хорошо знал страну.
– О, помнишь тот день, когда мы прошли по мосту через Бидасоа, и как забавно это было?
– Что же было забавного? – поинтересовался полковник.
– Знаете, при переходе границы они такие педанты – каждый раз нужно показывать паспорт. А в тот раз они отвели дядю Джозефа в отдельную комнату, и два человека обыскали его. Это ведь были солдаты? В блестящих треуголках, серых униформах и с винтовками через плечо. Они всегда ходили по двое.
– А, гвардейцы. И они нашли что-нибудь у вашего дяди? – спросил полковник.
– Конечно, нет. Он был ужасно удивлен, хотя…
– Джоан, – перебил ее отец, – ты не должна так много говорить. Ты расходуешь время полковника Чадлингтона.
– Не беспокойтесь, – заверил его полковник, который вовсе не разделял точку зрения Френка Блейка, – Что вы знаете о брате с тех пор, как он поселился здесь?
– Не много. Иногда он приезжал к нам и останавливался на пару дней. А мы приезжали сюда три или четыре раза.
– Вы не знаете, чем он здесь занимался?
– Нет. Разве только рисованием, и, я думаю, он немного охотился и играл в гольф.
– А его местные друзья?
– Я могу предоставить лишь немного информации, полковник. Иногда он упоминал священника и некоторых из фермеров. Вот и все.
– Вы не знаете, были ли у него враги?
– Совершенно не знаю.