Антология классического детектива-17. Компиляция. Книги 1-17: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дама в коричнево-золотом облачении протяжно хмыкнула.

Женщины взглядами проводили котиковый мех шагавший к столу красного дерева, за которым лощеный клерк внезапно описал реверанс и обратил внимание на гостя.

— Она одна из Квилтеров, — многозначительно произнесла коричнево-золотая. — Одна из самых знаменитых семей Орегона. У них огромное ранчо у восточных гор Квилтер-Кантри. Видать, половина всей земли названа в честь них. Они миллионеры. Кен говорит, до чего бы они ни дотронулись, все превращается в деньги.

— Я никогда не встречалась с ней как со знакомой; вот почему я не заговорила. Но мы были вместе на одном приеме два года назад. На приеме для слепых людей. Квилтеры очень милосердны и щедры; а почему бы им и не быть такими? Как я сказала Кену, доллар для них значит не больше, чем для нас жалкие десять центов, — она остановилась перевести дыхание.

— Она живет у нас в отеле?

— Нет. Нет, она живет там, на ранчо. Никогда не видела человека, столь страстно желающего жить подальше от города. Но ранчо действительно красивое; тоже своеобразная показуха. Как жаль, что ты скоро уезжаешь, — мы бы могли съездить туда вместе посмотреть. Ее брат, Нил Квилтер, приехал сюда на пару дней. Полагаю, она здесь, чтобы его навестить. Я уже дважды видела его в обеденном зале. Какой же он красивый! Ещё и холостяк. Видишь посыльного, вызывающего ей лифт? Мне всегда приходится вызывать лифт самой. Надеюсь, что ей придётся ждать его столько же, сколько обычно жду я. Обслуживание здесь с каждым годом все хуже; а учитывая цены, которые они накручивают…

— Худа как старая дева. Или она замужем?

— Вдова. Джудит Квилтер Уайтфилд. Уже долгие годы. Странно, что она так и не вышла замуж ещё раз, с ее-то деньгами. Но она все ещё свежа, как думаешь? Наверное, просто больше не хотела замуж. Но я ее и не виню; зачем ей это? В прошлом году объездила всю Европу со своей сестрой, Люси Квилтер Серини, и ее мужем…

— Ох! Неужто это она? Что-то я совсем не подумала об именах. Я писала рецензию на одну из книг Люси Квилтер Серини для нашего дамского литературного общества в прошлом году. Помню, тогда я узнала, что она родилась в Орегоне, но сначала не придала этому значения. Так они сестры?

— Да. Я никогда не читала ее работ. Та книга, про которую вы писали, была хороша?

— Ну… да. Знаете, она так уважительно отзывалась о…

Дверь лифта плавно открылась и захлопнулась.

Джудит взглянула в настенное зеркало и увидела в нем очень бледное лицо. Она наклонила голову и дрожащими пальцами начала щипать свои щеки.

— Пятый этаж, мадам. Справа от вас.

Пятьсот три — завяжу свои шнурки. Пятьсот четыре — захлопни двери. Пятьсот — ах, какие хитрые, какие мягкие войлоковые ковры. Они превратили ее в сыщика, тихо крадущегося к Нилу. Она хотела, чтобы ее выдал хотя бы изящный стук каблуков. Но никто, конечно, не станет свистеть по коридорам отеля. Может ей стоит попросить клерка подойти к телефону. Но нет, она уже обдумывала это прошлой ночью и сегодня утром, но отвергла эту идею.

Пятьсот шестнадцать. Она остановилась, расстегнула меховой воротничок и немного спустила пальто на плечи, обнажив белую шею. Джудит открыла сумочку и достала оттуда овальный золотой медальон 1890-х годов на цепочке из бисера. В одной половинке красовалась фотография старого джентльмена с белой квадратной бородой, широкими бровями, маленькими чувственными ноздрями и веселым прищуром, чудесным образом избавлявшим его лицо от бренности безгрешности. В соседнем овале маленькими буквами был отпечатан текст, бывший, как думала Джудит, более правдоподобным портретом ее деда. Он называл этот медальон «правилом поведения» и отдал его внучке в самый счастливый период ее жизни, буквально через несколько дней после того, как они с Уайтфилдом объявили о помолвке, — за месяцы до подозрений о том, что «сильная простуда Грега» могла быть серьезной.

«Джудит Квилтер, сохраняй спокойствие» — говорил медальон.

Грег никогда не понимал этих слов до конца. Однажды во время тех нервных дней в Колорадо, когда целая жизнь висела на тоненькой ниточке ртутного столбика медицинского градусника, он спросил у Джудит, когда та в очередной раз открыла медальон:

— В чем его сила, милая? Как он помогает тебе справляться?

— Он не помогает, — объявила женщина. — Ни капельки. Все, что он делает, — заставляет меня иначе смотреть на ситуацию.

Двадцать восемь лет назад. А он все о том же: «Джудит Квилтер. Сохраняй спокойствие».

Она закрыла медальон, аккуратно положила его в шелковые недра своей сумки и сняла перчатки. По крайней мере тихий стук в дверь не застанет его врасплох.

Джудит отдернула руку от двери и приложила пальцы к открытым губам.

— О Господи! — прошептала женщина. Как она могла это сделать? Как она могла произвести этот оскорбительный властный шум, который мог быть встречен ворчливым упреком со стороны этой удушающей тишины?

— Джуди! Ты, дрянная девчонка!

На ее щеки обрушились колючие поцелуи, но это, к счастью, был всего лишь тяжелый накуренный Нил.

— Ну и ну, да ты красотка, Джуд. Ставлю доллар, снова щипала щеки…

— Смотри, дорогой. Моя новая шляпа.

— Да, в твоем-то возрасте! Носиться повсюду в поисках безвкусных красных шляп и духов из фиалок… Нет, одной фиалки. Отойди: давай-ка мы на тебя посмотрим, ты, дружелюбная маленькая распутница.

— Неужели тебе не нравится новая шляпа, Нил?