Антология классического детектива-17. Компиляция. Книги 1-17: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет.

— И раз уж вы так сильно заинтересованы в моих делах, — задорно сказала Хельга, — я дам вам один маленький бесплатный совет. Не воспринимайте все, что касается Долли Равенден, слишком серьезно. Она постоянно окружена вниманием и к тому же объездила полмира, так что ценит себя очень высоко. Но в то же время она не перестает быть замечательной девушкой с очень правильными взглядами на мир. Знаю, ее не всегда легко понять.

— О Боже, как же я ошибся тогда! — взвыл Дик.

— Не раскаивайтесь слишком рано, — быстро сказала девушка. — Своими словами я отвечаю только за наш, женский пол. Но мне вы нравитесь, Дик Колтон. И, — добавила она, открывая входную дверь, — если вы сумеете ухаживать за девушкой так, как ухаживаете за собой, то все женщины будут у ваших ног.

— Дай вам Бог здоровья! — шепнул Дик вслед захлопнувшейся двери.

Глава X. Ужас в ночи

Во всех аспектах любого научного исследования профессор Равенден был прежде всего очень методичен. Все экстраординарное и необычное он откладывал на потом, чтобы как следует над этим поразмыслить и рассмотреть со всех возможных сторон. Запутавшись в дебрях своего расследования, ученый, полностью доверившись терпению, начал потихоньку из них выбираться на свет истины. Любые факты прямых и косвенных связей он аккуратно отмечал на бумагах. Когда наступал кризис сомнения, профессор (хотя и не был очень этому рад) не пренебрегал помощью других умных людей. Серьезные размышления и старания почти всегда приводили его к правильному ответу. Жизнь была полна загадок, поэтому разным расследованиям профессор Равенден каждый день уделял хотя бы немного времени.

Не исключением стал и вечер 19 сентября. После охоты на мотыльков профессор вернулся в свою комнату и принялся писать. Но прежде он переоделся в пижаму и халат, потому что его повседневную одежду насквозь вымочил внезапный ливень. Затем он извлек из своего портсигара большую именитую, а потому очень дорогую, сигару с особым ароматом и закурил, наслаждаясь каждой глубокой затяжкой. Те, кто хорошо его знал, сказали бы, что профессор озабочен серьезной думой, потому что в наслаждениях он обычно был скромен и табак расходовал очень экономно. Во времена же раздумий курение успокаивало его нервы и помогало сосредоточиться. А в тот вечер Профессор Равенден пережил серьезный шок.

Он три часа просидел за письмом, периодически прерываясь на продолжительные размышления. Вдруг он встал, обул тапки и начал прохаживаться вдоль комнаты, вслух разговаривая с самим собой:

— Несомненно, я очень испугался… Иначе зачем было бы мне убегать?… Объект этот мог оказаться вполне безобидным, и в нем несомненно должно было присутствовать что-то научно интересное. Может эти повторения… инстинкт самосохранения обманул меня! Это все страх прошлых необъяснимых происшествий… но даже в этом бешеном испуге я, кажется, не утратил способностей внимательно наблюдать.

Завершив свою бумажную работу, профессор Равенден сложил три полностью исписанных листа и положил их на стол рядом со своими заметками о кораблекрушении.

Ученый проснулся следующим утром очень рано, разбудил Хейнса и Дика Колтона и попросил их зайти к нему в комнату, как только они оденутся. Когда мужчины вошли, профессор усадил их на стулья и взял в руки записи.

— Поскольку это дело крайней важности и не терпит отлагательств, — начал он официальным тоном, — не буду извиняться за беспорядок в моих покоях, а ограничусь лишь упоминанием оного. У меня давно уже вошло в привычку основные идеи и факты касательно любого исследования записывать на бумаге, пока они еще свежи, дабы не замутнить их, не потерять и ничего не упустить за пеленой более мелких и менее важных деталей. Именно этот метод помог мне открыть кое-что новое и важное о диморфизме бабочек-парусников, которые обитают на Голубом хребте. Сейчас же, джентльмены, я собираюсь зачитать вам отчет об определенных странных происшествиях прошлой ночи и узнать ваше мнение насчет таинственных вещей, которые за последнее время успели коснуться каждого из нас. Прежде, чем начать читать, я хочу заявить, что за мной ни разу в жизни не было замечено никаких психических отклонений, что я абсолютно здоров и что вчера по возвращении домой я измерил пульс и температуру и никаких признаков лихорадки у себя не обнаружил. Температура была 37 градусов, что для меня более чем нормально, а сердце билось немного чаще, чем обычно, но это лишь потому, что я сильно перенервничал. Ну как, доктор Колтон, отражаются ли на мне какие-либо признаки нервного расстройства?

— Нет, сэр, — быстро ответил доктор. — Я оцениваю ваше состояние как чрезвычайно спокойное, вы весьма последовательны, логичны и рассудительны.

— Тогда я продолжу, — сказал профессор Равенден и принялся вслух зачитывать свои рукописи:

Профессор Равенден положил рукопись обратно на стол и посмотрел на своих слушателей. Хейнс делал заметки. Колтон сидел и в восторге хватал каждое слово. По окончанию доклада все глубоко вздохнули, и профессор спросил:

— Джентльмены, есть ли у вас хоть какие-то предположения, которые могли бы объяснить эти феномены?

Первым заговорил Колтон:

— Вы до этого как-то сами предполагали какое-то воздушное судно. Не знаю, были ли ваши слова шуткой.

— Отчасти, — сказал профессор. — Вне всякого сомнения эти явления были достаточно крупных размеров. Но воздушные корабли, как вам наверняка известно, просто огромны. Намного больше.

— К тому же они обычно не летают парами, — добавил Хейнс. — Полагаю, профессор, вы сможете указать нам то место, где видели эти штуки?

— Приблизительно.

— Тогда идем сейчас же, — поднимаясь с места, сказал репортер.

Трое мужчин со всех ног помчались к озеру и принялись исследовать его западный берег, но безуспешно. Разделившись, они прочесали еще около пятидесяти ярдов вдоль озера, и вдруг Дик Колтон, оказавшись где-то на середине, громко позвал остальных и начал задыхаться. Как только Хейнс с профессором подбежали, доктор обернулся к ним с красным от смеха лицом и не в силах говорить тыкал пальцем в сторону дуба.

— Простите, — выдохнул он, — но вы только посмотрите на это!

В кроне дерева застрял порванный большой бесхвостый воздушный змей. Почти всю бумагу, обтягивавшую каркас, сдуло ветром; от змея остался только пахнущий промасленный скелет. Профессор Равенден внимательно посмотрел на находку и отошел с пристыженным лицом.

— Не буду обижаться на вашу реакцию, доктор Колтон, — сказал он. — Вам, джентльмены, я наверное сейчас кажусь недостойным и трусливым мальчишкой науки.

— Нисколько, — быстро ответил Хейнс. — То, что вы пережили, кого угодно бы до смерти напугало.

— Я бы бежал отсюда как кролик, — весело заявил Колтон. — Смеюсь я только потому, что всем моим выдуманным страхам пришел такой нелепый конец.

— Возможно не такой уж он и нелепый, — сказал Хейнс, рассматривая веревку от змея. — В этом есть что-то странное. Откуда, к примеру, прилетели эти змеи и каким образом?