Призрак киллера: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но все было уже ясно с самого начала. Алкоголь и жир еще не до конца затопили мозг генерального директора. Да и всегда, с молодости, он славился своей интуицией, на том стоял. И теперь интуиция сразу сказала ему, кто перед ним. Просто так стало понятно, без слов.

Щелкунчик поднял руку, в которой был зажат пистолет с глушителем, и направил его в грудь Владилену Серафимовичу. Расстояние между ними было не больше двух метров, так что о промахе не могло быть и речи.

Несколько раз в своей жизни Владилен Серафимович думал о том, что его могут убить. Просто он слышал о таком, знал, что, бывает, подсылают наемных убийц… Он принял все меры, чтобы предотвратить это, и в общем-то был спокоен за свою жизнь.

А теперь ему вдруг стало понятно, что от судьбы не уйдешь. Вот ведь как бывает, да еще в самый что ни на есть неподходящий, неожиданный момент… Самое обидное, что первое, о чем подумал Владилен в ту секунду, было то, что вот ведь как все неудачно сложилось — потом найдут его труп в квартире у любовницы… Скандал будет, жена расстроится… Дети узнают, хоть они и в Америке… В Москве знакомые будут головами качать — очень несолидно получается… Глупые мысли, он сам это понимал, но он прожил со всем этим всю жизнь и теперь тоже не мог отрешиться от привычных понятий о приличиях и имидже руководителя.

— Сейчас вы будете убиты, — произнес Щелкунчик ровным голосом и добавил негромко: — Если будете стоять смирно, у вас есть полминуты, чтобы помолиться. Молиться будете?

Конечно, он же не изверг какой, а цивилизованный джентльмен. Это был один из главных принципов Щелкунчика — никогда не унижать жертву перед смертью, никогда не глумиться над человеком. Надо уважать чужую смерть…

Щелкунчик не представлял себе, в какой форме и как стоящий перед ним сейчас «клиент» начал бы молиться, но если бы это произошло, он непременно дал бы обещанные полминуты и выждал.

Но ничего этого не произошло. Ставшие вмиг безумными глаза Владилена Серафимовича скользнули как-то боком по комнате, он странно склонил голову, как петух на насесте, а потом, внезапно рванувшись, схватил стоящую рядом Лену за шею и притянул к себе. Другой рукой он с удивительной точностью, почти не глядя, схватил с серванта вилку, которая там лежала, и приставил острие к горлу молодой женщины.

Странная и тягостная картина предстала перед глазами Щелкунчика. Лена стояла замерев, не шевелясь, как будто уже была в обмороке. Лицо ее стало белым, губы мелко дрожали…

А грузный седой Владилен Серафимович, от волнения переминаясь с ноги на ногу, побагровев от ярости и страха, тыкал вилкой в шею Лены и срывающимся голосом кричал:

— Я убью ее… Я убью ее… Я — Герой Соцтруда! Я — депутат… Тебя найдут, все равно найдут, ты не посмеешь… Убью…

Он даже сделал шаг назад в сторону прихожей, волоча за собой помертвевшее тело женщины. Ноги ее безвольно, обмякнув, волочились по полу.

— Убью ее, — бессвязно продолжал хрипеть генеральный директор. — Я — депутат, тебя найдут…

Только бы она не дернула головой, думал Щелкунчик, наводя в это время ствол на «клиента», только бы Лена стояла спокойно и не дергалась…

То, что сейчас делал Владилен Серафимович, было поступком отчаяния, предсмертной ярости. Расстояние все равно было слишком маленьким, киллер не мог промахнуться в любом случае. Хрупкая женщина все равно не щит, за нее весь не спрячешься…

Генеральный директор был все равно обречен, но у Щелкунчика однажды в жизни уже был случай, когда неповинная ни в чем девушка неудачно дернула головой… Того случая Щелкунчик не простит себе никогда, до конца жизни. И не повторит никогда…

— Спокойно! — крикнул Щелкунчик, обращаясь непосредственно к Лене, застывшей в руках Владилена Серафимовича и глядящей сейчас перед собой неподвижными помутневшими глазами. — Стой спокойно, не двигайся!

После этого он нажал на спуск. Нажал мягко, плавно, как учили еще в военном училище и как натренировался потом. В голове Владилена Серафимовича появилась круглая ярко-алая дыра. Она появилась на том самом месте, где в русских сказках у прекрасной царевны «во лбу звезда горит», — посередине.

Крик резко оборвался…

Сначала на пол упала Лена, которая не устояла на ногах, когда разжалась державшая ее рука. Следом вбок упал генеральный директор трижды орденоносного металлургического комбината. В далеком банке «Солнечный» в центре Москвы могли хлопнуть пробкой от французского шампанского!

Делать контрольный выстрел не было никакой необходимости. Калибр у пистолета был крупный, выстрел производился с близкого расстояния, и теперь Владилену Серафимовичу уже не смогла бы помочь ни реанимация, ни даже ангел в белых одеждах, спустившийся с небес.

Щелкунчик обтер пистолет краем скатерти со стола и бросил оружие поверх трупа. Он не любил оставлять оружие на месте «выполнения заказа». Это было вопреки общепринятому у киллеров, которые всегда почти бросают пистолет. Щелкунчик предпочитал работать одним и тем же оружием. Теперь, однако, он должен был быть налегке, чтобы надежно уйти от возможной погони и вообще не рисковать.

Сделав это, он столкнулся глазами с Леной, которая начала приходить в себя. Хотя приходить в себя — это сказано слишком бодро. От того, что произошло только что, Лена не придет в себя до конца своих дней…

Однако она поднялась сначала на четвереньки, потом встала на ноги. Лицо ее было по-прежнему бледно, в нем не было ни кровинки.

— Что это? — бормотала она. — Как? Почему?

Она несчастными глазами то смотрела на Щелкунчика, то оглядывала себя с подозрением и делала руками какие-то странные пассы — это она боялась, что на ней осталась кровь Владилена Серафимовича… Ей теперь казалось, что она, прижатая к нему, услышала, как сразу после выстрела перестало биться его сердце. Уже позже, во время изнурительного следствия, Лена все время повторяла про это и каждый раз просила занести в протокол допроса именно этот потрясший ее факт…

— Зачем? — наконец сумела она сформулировать то, что терзало ее.

Но у Щелкунчика больше не было времени. Он понимал, что через часа полтора, не больше, охрана внизу забеспокоится и станет звонить сюда по радиотелефону…

Итак, у него есть только полтора часа для того, чтобы скрыться отсюда. Он посмотрел на Лену, на ее испуганное лицо, пожалел ее. Что ж поделаешь, если не было другого способа приблизиться к «клиенту»…

— Сейчас я свяжу тебя, — сказал он деловито, вытаскивая из кармана куртки заранее приготовленный моток веревки. — Придется крепко связать, ты уж меня извини. Это для твоей же пользы, ты потом оценишь…