Я отдал новый приказ:
— Убейте всех в радиусе километра… Кроме меня.
Последнее я добавил на всякий случай, — а то кто их знает: вдруг поймут всё буквально? Это же безмозглые монстры…
Но зомби оказались не такими уж и безмозглыми.
Две трети из них, двигаясь на четвереньках, бросились врассыпную, а другие остались меня защищать. Причём те, что разбежались, использовали особенности ландшафта: резво взбирались по стенам домов (гравитация про них явно забыла), вползали в канализационные люки (если те были закрыты — открывали их сами), бесшумно исчезали в проулках (мрак поглощал их с радушием матери, встречающей своих чад). Выглядело это зловеще; я едва ли не впервые мысленно похвалил «Дворг».
А потом началось…
То тут, то там автоматные очереди обрывались с воплем — ну или просто обрывались… Но и тогда я был уверен, что автомат смолк не по воле стрелка. Зомби как–то ухитрялись пролезть за баррикады, взбирались на блоки с пулемётными гнёздами и даже снайперских позиций на нашем пути стало значительно меньше (о чём я мог судить по крикам — как правило, отдалённым). Один раз кто–то выпал из окна пятиэтажки, мимо которой шествовал наш жуткий кортеж: разбив стекло, энписи упал на асфальт, где был вмиг растерзан. В другом доме прогремел взрыв — видно, рванули боеприпасы: огонь смертоносной жёлто–белой волной выплеснулся из окон, разрушив верхние этажи. На следующей улице кто–то полетел крыши, за углом того же дома мертвяки жрали зенитчика (орудие стояло рядом), а уцелевшие бойцы удирали — но удрали недалеко… Как и их раненый приятель, сбитый армейским джипом: тот с бешеной скоростью промчался по улице. Искусственный интеллект неписей, заменявший инстинкт самосохранения, гнал их прочь вопреки админским козням.
Я шёл по Парижу в окружении зомби, чувствуя себя ангелом смерти. Иногда в нас стреляли, но все пули попадали в окружавших меня монстров. А участь стрелявших была незавидна.
Когда мы дошли до Елисейских Полей, там уже было пусто — если не считать бесхозных машин и баррикад… Во всяком случае, так я поначалу подумал.
Приказав мертвякам остановиться и ждать (и никого больше не трогать — ведь скоро тут будет Кэсс), я пошёл к Триумфальной арке: до неё от того места, где мы вышли на самую известную улицу Франции, было всего метров двести.
Вот тогда–то я и увидел админов.
Их было четверо, и они шли мне навстречу; вероятно, до этого они были за аркой. А зомби их не учуяли, поскольку для неписей их тут не было.
— За куклой пришёл? — спросил один из админов: видимо, главный.
— За куклой, — подтвердил я.
Конечно, её заберёт Кэсс, но я не собирался вдаваться в детали.
— Даже не думай, — сказал второй. — Она в нашем сегменте.
Третий кивнул:
— Она наша.
Четвёртый молчал, но его губы шевелились: он связался с реалом. Наверное, чтобы вычислить мой айпи.
Я усмехнулся: пусть вычисляет… Всё равно я в кресле Роберта. Мой идентификатор им не узнать.
А Роберту их потуги — что щипки для слона.
— Мне тут подумалось… — я взглянул на того, кто заговорил первым. — Вы же неуязвимы, да? Защищены от любой неписи?
Админы стали переглядываться: видно, смекнули, куда я клоню.
— А как насчёт геймеров?
Админы молчали.
Какой им был смысл защищаться от геймеров, если те не могли сюда прийти? Ну разве что приручив зомби…
Я молча вскинул «ФН СКАР» — и расстрелял всех четверых.
Когда я подходил к арке, пошёл дождь.
Капли забарабанили по асфальту, по баррикадам из покрышек, по остовам автомобилей. По луже, где лежала кукла.
У лужи я и остановился.